— Может это ледяные что-то делают? — припоминая недобрый оскал Фирн, предполагаю я, слегка поёжившись и затем прикрывшись своими крыльями, положив перед собой свиток. Какое-то время Каракурт молчит, размышляя, можно ли со мной обсуждать такие вещи. Но потом, похоже, он решает поделиться грузом собственных мыслей, давящих на его голову.
— Нет. Во всяком случае, их королева сказала, что не знает, что происходит. У них свои проблемы. По всему ледяному королевству находят разрытые могильники. Пропадают драконы из низших кругов.
— Кстати, раз ты упомянул. Их круги это… — пользуясь моментом, спешу я заполнить пробел в собственных знаниях, а заодно хоть ненадолго увлечь свои мысли чем-то менее мрачным и пугающим.
— Это ранги, по которым они распределены. Первый, внутренний круг – самый высокий. Седьмой, внешний – самый худший. Вроде они ещё делятся на “малый”, круг драконят, и круг взрослых драконов. Но больше подробностей, к сожалению, я не расскажу. Лучше спросить Фирн.
— Ну уж нет. Она же мне лапу отгрызет! — прикрываю я свою пасть лапой, издавая невесёлый смешок.
— Нам ещё повезло, — вторит моему смешку негромким хихиканьем Каракурт. — Она просто вредная.
— Это нам ещё и повезло? — удивляюсь я, чуть усмехнувшись, и силюсь представить нечто более злобное, яростное и агрессивное.
Впрочем, сколь бы я не старалась, мысли стремились вернуться в привычное русло. На какое-то время мы умолкаем. Каракурт уткнулся носом в свиток, ведя когтем по строкам и слегка хмурясь, пока я размышляю о всяком, пытаясь пришибить мысленным тапком рвущийся наружу вопрос.
— Думаешь, это связано с тем… чудовищем? — не совладав с мысленным тараканом, интересуюсь я, попытавшись всё окончательно сложить в своей голове. Каракурт тихо и недовольно засопел, вновь отрываясь от чтения.
— У меня были такие мысли, — как-то неохотно признаётся мне песчаный. — Хотя никаких зацепок и доказательств у меня нет.
— А не может ли это “чудовище” быть причастно к пропажам ледяных? — чуть поглаживаю я свой подбородок лапой, пустым взглядом поглядывая на свиток. Так. Предчувствие того, что надо хватать Тростинку и валить как можно быстрее отсюда, становится всё сильнее и сильнее.
— Нет, — мотает мордой из стороны в сторону Каракурт. — В Ледяном Королевстве есть барьер, за который могут проникнуть только ледяные. Другие погибнут.
— Никогда о таком не слышала, — громко фыркаю я, а потом цитирую Каракурта. — “Такие раны оставляют когти ледяных”.
Или как-то так. Слово в слово я не помню. Песчаный выпучивает от удивления свои глаза, а затем прикасается пальцами к одному из своих шрамов, проводя от шеи до плеча ладонью.
— Ты думаешь, что… — вот только договорить он не успевает. А я не успеваю заставить себя “не думать”, отвечая на невысказанный вопрос кивком.
Нас прерывает появление Звёздочки, сразу же направившийся в нашу сторону. И Тростинки. Моя маленькая сестричка, увидев меня, радостно пискнула и бросилась мне на шею, заключив меня в крепкие, полные тёплой сестринской любви, объятия, на которые я тут же отвечаю, стараясь не замечать ехидной ухмылки со стороны уперевшего локоть в стол и подпёршего морду ладонью Каракурта.
— Водомерка! Я соскучилась! — радостно машет хвостиком моя сестричка, прибавляя к обнимашкам лапками ещё и обнимашки крылышками, обхватывая меня ими за плечи, и тыкаясь своим носиком в мою щеку.
— Ну, сестричка… спокойнее, — смущенно улыбаюсь я, осторожно поглаживая маленькую драконицу, за ушко которой вплетён всё тот же жёлтый цветочек. — Мы не виделись всего одну ночь.
— А мне показалось, что целую вечность! — громко посмеивается Тростинка, привлекая к себе внимательный взгляд сидящего за своим местом библиотекаря, явно недовольного лишним шумом в его тихой обители.
— Ох, — негромко посмеиваясь, закатываю я глаза.
Вот тебе и “гипертрофированные” семейные узы. Надеюсь, остальные нас не удушат при нашей встречи, да и мы им кости не переломаем своими крепкими объятиями. В любом случае, увидев Тростинку, мне стало как-то спокойнее, теплее на душе. По-своему радостно, будто я подзарядилась от бесконечного потока позитива, которым она меня обдаёт.
Чуть в стороне стоит смущенно улыбающаяся Звёздочка. Когда мой взгляд падает на ночную, та ещё сильнее смущается, пряча свою мордочку за крылышком.
— Я… — начинает она, но тут же обрывает свою речь, делая глубокий вдох полной грудью. — Мы встретились, когда я уже пошла в библиотеку. Сайда подойдёт чуть попозже, она решила поплавать с другими морскими. Ну и я подумала, из-за схожести цвета чешуек, что вы можете быть родственниками, поэтому позвала её с собой, — на одном дыхании выпалила ночная, а затем поднялась и направилась со смущенным видом к ближайшему стенду со свитками, выискивая, что бы почитать.
— И правильно догадалась! — радостно кивает Тростинка, поворачивая свой носик к всё это время усмехающемуся песчаному, с интересом рассматривая покрытого шрамами дракона в свете подрагивающей свечи. — Ух. Ты страшный!
От такого заявления Каракурт хмурится, однако моя неумеющая держать в себе мысли сестрица этого не замечает.
