Однажды в Логосе (СИ) полностью

Джордан сильно испугалась и, не найдя ничего лучше, пнула Бела по голове, и он выключился. Она, уже не пытаясь поднять его и стараясь держать его на безопасном расстоянии, быстро выволокла его тело к лестнице, цепляя его головой любую неровность пола. Там ей рассказали, что пострадавших всего двое: собственно, Бэл и какая — то из близнецов Торсен. Рэй Калле, который вместе с Джо и с другими магами обследовал этаж заметил явную нервозность на вечно каменном лице девочки, для появления которой не было особых оснований.

— Малышка, у тебя все хорошо? — Спросил он, отводя ее немного в сторону, подальше от суеты и гомона толпы.

— Нет, вообще— то, нет, — она тяжело дышала и еле сдерживала слезы, — Бэл, мой напарник… он…

— Пострадал, — перебил ее Рэй, — понимаю, ты расстроена, вы верно успели подружиться…

— Нет, вовсе, нет, он человек, а не… понимаешь, наш. Он видел меня там, в огне с обгоревшими волосами, но живую, наверняка у него будет много ко мне вопросов. А как я должна на них ответить…

Он закрыла глаза и уперлась лбом в стену.

— Если он был в сознании, нам конец, понимаешь? — Объясняла она то ли Рэю, то ли самой себе.

— Все не так уж и плохо, Джордан. Только мы с тобой знаем, что произошло на самом деле, а он будет знать лишь то, что мы ему скажем. — Он подмигнул девочке. — Он надышался дымом, упал, ударился головой, мы его вытащили из огня, и, хвала небесам, он выжил. А все, что он видел про тебя, про волосы — это галлюцинации, не более того.

Рэй мило улыбался, говоря эти слова, и Джо стало немного легче на душе. Ведь он действительно был прав, и Бэлу могло всякое показаться.

Они еще долго стояли и говорили о том, что их объединяет дух многоликого, что он придёт к Джордан после смерти Рэя в его теле. Однако практически никто, кроме неё не сможет его видеть. Он будет защищать девочку и словом, и, если это будет необходимо, мечом, принимая телесную оболочку Рэя, когда она будет призывать его. Кроме того, в экстренных ситуациях она сможет заимствовать у духа часть силы для битвы. Ей всегда стоит помнить, что этот дух — не друг ей и не враг. Он лишь посредник между ней и Богом. С его помощью она сможет заглядывать в прошлое, наблюдать за тем, что происходит сейчас на другом конце света и предсказывать будущее. Это звучало интересно, но пугающе. Тяжело жить, зная все и обо всем… Рэй заметил небольшой испуг в её глазах, поэтому решил пока на этом остановиться и не рассказывать дальше, хотя было что ещё рассказать…

Джордан даже стало немного стыдно за то, что она прежде так плохо относилась к Рэю. На самом деле, он был очень хорошим человеком, который хотел лишь помочь ей понять саму себя…

Все маги, бывшие на втором этаже начали заметно суетиться: пришла выдвигаться на вечерние занятия. Джордан, Рэй, появившийся из ниоткуда Арно, Нортен и некоторые другие пошли вниз. Не было только Геры, который остался приводить Ромула в чувства и лечить, если это понадобится. Когда шумная толпа, абсолютно незаметная для окружающих людей, подошла к донжону, (их счастье, что никого не оказалось рядом) Рэй начал морщиться, будто вспомнил что — то крайне неприятное, извинился перед компанией и быстрым шагом направился обратно к крепости. Этим неприятным был Эдриан Дали, которого они с Герой закрыли в подвале крепости, чтобы тот протрезвел и ответил на все интересующие их вопросы. Рэй подумал, что неплохо было бы сходить вниз и узнать, как там поживает Эд.

В темном промозглом подвале очнулся протрезвевший Эд Дали. Найдя себя закованным в цепи, он решил их расплавить. Он нагревал руки так сильно, как только мог, пару раз терял надежду на спасение, переставал пытаться, но вновь и вновь начинал снова. Он до безумия был горд собой за визит к королю Джеймсу и считал, что теперь он гораздо более уважаемый, чем любой другой маг в его окружении. Только он не понимал, за что и от кого он так получил и что он вообще делает в чертовом подвале. Он сник, его голова то ли от беспробудного пьянства, то ли от сильно удара адски болела. Он не мог сейчас предполагать, кто его обидчик, и продумывать план мести, и стал просто слушать тишину, изредка нарушаемую звуком крысиных перебежек. Вдруг его больную голову стал бить звук тяжёлые гвардейские Сапогов.

— Интересно, кто же это так шумит! — Он взвыл от острой головной боли.

Стук становился все ближе и ближе, как вдруг совершенно исчез.