— Мэгги, — сказала миссис Уолтер, — ты можешь мне что-нибудь рассказать?
Казалось, мое горло вот-вот сомкнется. То, что я не могла ничего вспомнить, вызывало у меня чувство вины — ведь я выжила, а Джои нет.
— Я пытаюсь увидеть, пытаюсь вспомнить, но… — с трудом проговорила я.
— И все же… ты была с ним? Там, наверху?
Я закрыла глаза, мечтая уйти и не встречаться с тем, что меня ждало.
Мои глаза распахнулись. Я увидела Адама. Он откинулся в кресле, внимательно рассматривая меня.
— Адам сказал не смотреть вниз слишком долго, — проговорила я. Это точно должно быть правдой. То, каким мне виделось его повернутое ко мне лицо, то, как его голос отражался от скал, — это напоминало кино, которое показывают на невидимом экране.
— Да, — прошептал Адам. — Так и было.
— Погоди, — сказала Шэннон, быстро переводя взгляд с меня на Адама и обратно. — Ты что-то вспомнила? Что-то новое?
Я пристально посмотрела на то, как ее длинные ресницы смахивали мгновения в унисон с секундной стрелкой часов на каминной полке, заметила, что ее немытые волосы спутались, проследила взглядом, как линия ее шеи перешла в линию плеча и заскользила дальше по загорелой руке. Мелькнула еще одна картинка.
— Мэгги? — напряженным высоким голосом позвала Танна. — Ты в порядке?
— Нет, я… — я пыталась восстановить сбитое дыхание, понимая, что мне придется солгать. Теперь, пережив новые вспышки воспоминаний, я должна была восстановить общую картину, прежде чем что-то рассказать. — Прошу прощения. Я ничего больше не помню. Только как я поднимаюсь наверх. Как я стою наверху. — Я посмотрела на миссис Уолтер. Из моих глаз потекли слезы. — Я не знаю, что произошло. Я бы хотела что-то рассказать. Но все просто… просто пропало.
Адам поднялся с кресла, и все посмотрели на него. Я хотела воспользоваться шансом улизнуть, нырнуть в одну из этих фотографий и просто соскользнуть назад в прошлое.
— Мне кажется, он пытался сделать один из своих дурацких трюков, — сказал Адам, наклонился вперед, достал несколько фотографий и начал их перебирать.
— Он просто сходил с ума наверху, — Пит погладил ладонью мое колено, давая понять, что все они готовы прикрыть мне спину. Это было хорошо, потому что мне казалось, что я не выдержу новых вопросов. — Так или иначе, мы все ему говорили остыть.
— Джои? — переспросил Райлан. — Остыть? Думаете, он знал значение этого слова?
Пит и Адам усмехнулись. Танна переползла поближе ко мне, с теплотой глядя в мои глаза, и села у моих ног, прикрывая меня своим телом. Шэннон опустилась рядом, практически утопая в диванных подушках.
— Нам сказали, что он ударился головой, — проговорил мистер Уолтер. — И что вы все бросились в воду, чтобы вытащить его на берег.
— Кроме Шэннон, — ответил Пит. — Она бросилась за телефоном.
— В тот момент, когда он не поднялся на поверхность и не отвесил очередную идиотскую шутку, — прошептала Шэннон, — я поняла, что все плохо.
— Он все еще дышал? — спросил мистер Уолтер.
— С трудом.
Танна прижала ладонь к груди, глубоко вдохнула и, протянув ко мне руки, обняла пальцами мою голень.
— Я этого не знала, — моя грудь начала сжиматься. Я огляделась на тех, кто был в комнате, задержала взгляд на Шэннон. — Никто ни слова не сказал, что он дышал. Он был жив?
— Когда они завернули его в полотенце, он посмотрел на меня, — Шэннон закрыла глаза, ее лицо было напряжено. — Я знаю, что он увидел меня. Он пытался что-то сказать, но не смог. Потом он один раз сжал мою руку.
Голос Шэннон надломился. То, что последние мгновения своей жизни Джои разделил с ней, а не со мной, было невыносимо. Я никогда еще не испытывала такой ненависти.
— Мы начали делать искусственное дыхание, — продолжил Адам, — а потом Шэн обратила внимание, что он больше не дышит.
