Во время таких разговоров Ян Байшунь не проявлял к Лао Чжаню никакого интереса, зато его помощник вызывал в нем чувство некоторой зависти. Сяо Чжао был из местных парней, ему уже исполнилось двадцать с лишним лет, его папаша торговал луком. В ежедневные обязанности Сяо Чжао входила доставка Лао Чжаня на велосипеде в разные деревни, где тот проповедовал свое учение. Велосипед был французским, марки «Филипс». Когда Лао Чжань был молодым, он разъезжал на нем сам, но спустя несколько десятков лет он состарился, спина его сгорбилась, зрение ослабло, поэтому Лао Чжань взял себе помощника, обучил езде на велосипеде, и теперь тот возил его на проповеди куда угодно. Заслышав треньканье велосипедного звонка, все знали, что к ним пожаловал Лао Чжань. Пока он вещал про свое учение, Сяо Чжао оставался в стороне и, зевая, сторожил велосипед. Иногда он привязывал к велосипеду крепление, на котором привозил с собой несколько вязанок лука, и, пока Лао Чжань проповедовал, шел продавать лук на рынок. Лао Чжань был совсем не против. Сколько бы Ян Байшунь не встречался с Лао Чжанем, его проповеди ничуть его не трогали, зато у него никак не выходил из головы Сяо Чжао, что продавал лук. Когда Сяо Чжао дремал или уходил на рынок, Ян Байшунь внимательно изучал устройство велосипеда. Однажды он даже осмелился подойти и, дотронувшись до руля, заговорить с Сяо Чжао: «Эта штуковина — не игрушка, несется быстрее лошади, новичку на ней точно не усидеть». Этот разговор Ян Байшунь завел с Сяо Чжао не ради велосипеда, ему просто хотелось разведать секрет удивительно свободных отношений, которые сложились между Сяо Чжао и священником. Как так выходило, что пока наставник проповедовал, помощник вместо того, чтобы ему помогать, спокойно уходил торговать луком? Лично у Ян Байшуня отношения с наставником и его женой выглядели как настоящая кабала, и это уже не говоря о том, что он трудился наравне с наставником, а от забитой свиньи ему доставалось несколько потрошков, да и то не им лично отобранных. Вдобавок после целого дня за работой ему еще и отказывали в ночлеге. Поэтому, начав с велосипеда, Ян Байшунь хотел расспросить Сяо Чжао о его отношениях с наставником и Господом, а также о том, как именно ему удалось выстроить такие отношения. Но кто бы мог подумать, что Сяо Чжао не захочет поддержать разговор? Едва Ян Байшунь открыл рот, тот занял оборонительную позицию и, скидывая его руку с велосипеда, пренебрежительно бросил: «Не лапай, а то фонарь замараешь…» Выходило, что забойщик Лао Цзэн мог на равных болтать с проповедником, а Ян Байшунь не мог быть ровней его помощнику. Запомнив такое к себе отношение, в последующие встречи Ян Байшунь стал назло игнорировать Сяо Чжао.
