Рэйвин вертел Зеркало между пальцами, перемещая карту так быстро, что она расплывалась.
Воздух вокруг нас пришел в движение, и внезапно Рэйвин растворился в окружении – в небытии. Исчез.
– Холодно, – прошелестел его голос в воздухе. – Но терпимо.
– Вы видите каких-нибудь… духов?
– Пока нет, – ответил Рэйвин, его невидимые шаги прокладывали четкую дорожку в траве. – Для этого нужно дольше оставаться незримым. А я стараюсь не пользоваться ею слишком часто.
Пурпурный свет приблизился. Я повернулась, наблюдая за ним.
Мгновение спустя Рэйвин снова появился рядом со мной с озорной ухмылкой на устах.
– Вы единственная, к кому я не могу подкрасться, – сказал он.
Сердце забилось быстрее, когда я увидела, что суровая линия его губ сменилась улыбкой. Я отошла и побрела по заросшему лугу, в голове у меня роились вопросы.
– А Карта Кошмара? – спросила я. – Вы довольно часто ее используете.
Рэйвин не стал отрицать.
– Что насчет ее пагубного воздействия? – Я замолчала. Никогда раньше не разговаривала об этом ни с кем, кто использовал Карту Кошмара. И хотя я уверена, что монстр в моей голове нечто большее, чем сама карта, которую я поглотила, я все еще многого не знала. – Вы видите существо, слышите голос?
Рэйвин ответил не сразу.
– Каждый, кто использует карту, испытывает разные негативные последствия.
– Ваш ответ не совсем ясен, капитан.
Взгляд его серых глаз метнулся к моему лицу.
– Когда я использую Карту Кошмара слишком долго, я не вижу существа. Но слышу его. Устраивает ли вас такой ответ, мисс Спиндл?
Даже не близко.
– Что он вам говорит?
– Трудно объяснить, – сказал капитан, проведя рукой по подбородку. – Бо́льшую часть времени он молчит. Но когда начинает говорить… Он будто знает все, о чем я когда-либо думал, чего боялся. Он дразнит меня, утверждая, что я потерплю неудачу, что мои усилия бессмысленны.
Мы встретились взглядами.
– Но это всего лишь голос, а вовсе не существо.
– Откуда вы знаете?
– Когда он говорит, вновь и вновь прокручивая в сознании мои худшие страхи, его голос принадлежит не незнакомцу, – тихо пояснил Рэйвин. – Голос принадлежит мне.
Рэйвин вернулся в замок Ю, чтобы принять участие в краже Железных Ворот. Вернее, чтобы забрать меня, чтобы я могла указать на карту ему и его товарищам – не знаю, как еще их назвать. Ворам. Предателям. Разбойникам.
После того как Джеспир рассказала, что мы узнали за чаепитием с женщинами Пайн, Рэйвин и Элм приступили к изучению плана путешествия Уэйленда Пайна. Он и несколько попутчиков должны отправиться из Стоуна в свои поместья, последним из которых был дом Пайнов. Планировалось, что мы перехватим карету на лесной дороге. Если выедем из замка Ю сразу после полудня, у нас будет достаточно времени, чтобы добраться до Черного леса до наступления ночи. Там, на краю дороги, за кромкой деревьев, мы будем ждать Уэйленда Пайна.
И украдем его Железные Ворота.
Мы с Рэйвином вышли из руин сквозь туман, и все те же колючки жадно вцепились мне в волосы. Я споткнулась о край юбки и упала бы, если бы меня не подхватил крепкий самшит. Измотанная, с мокрым и грязным подолом платья, я выбралась из зарослей как одержимая, дикая и усталая.
Рэйвин, которому хватило такта не рассмеяться, ждал, пока я выщипывала из волос колючки.
– Скажите, мисс Спиндл, – произнес он, наблюдая за мной. – Вам когда-нибудь доводилось пользоваться клинком?
Я выругалась, поскольку мстительные колючки терновника забрали с собой несколько моих волос.
– А садовые ножницы считаются?
На этот раз капитан рассмеялся.
– Определенно нет.
Мы обогнули замок. Слуги проносились мимо, отвешивая Рэйвину поклоны. Вдалеке я слышала цокот копыт по камню и лай гончих, тишина сада пропала, как только мы вышли из тумана к скоплению хозяйственных построек на западной стороне поместья.
– Ваш отец сказал, что насилия не будет. Но вы ожидаете, что я стану сражаться, капитан?
– Нет, – ответил он через плечо. – Однако полагаю, что вы хотели бы иметь под рукой что-то, чем можно защититься.
Дорога привела нас во двор – на грунтовую арену, расположенную в центре трех хозяйственных построек. Слева от двора находилась оружейная, а справа конюшня. Они уютно расположились в тени замка; время еще не достигло полудня.
Мы подошли к оружейной. Стены усеивали мечи, ножи, колчаны и стрелы, полки заставлены всеми инструментами и оружием, которым мог бы владеть оружейник. На полу в ящиках лежали камзолы, доспехи и кольчуги, а в центре комнаты стояла длинная дубовая плита, поддерживаемая двумя бочками. Вокруг нее собрались четверо мужчин и женщина, облаченные в черненую кожу. Как только мы вошли, они уставились на меня в ожидании.
Я оглядела их, мое дыхание участилось и стало поверхностным. Джеспир и принц Ринэлм стояли рядом: Джеспир с луком и колчаном, наполненным стрелами с гусиным оперением, Элм в ореоле привычного красного свечения. Рядом с ними стояли двое мужчин, которых я не знала. Подняв взгляд, они смотрели на меня, не моргая, будто оценивая.
Последним я заметила Джона Тисла, который приветствовал меня широкой улыбкой.
