База атомных подводных лодок в губе Западная Лица продолжала строиться ударными темпами. Наращивали новые плавпирсы, вырос корпус санпропускника, военный городок радовал первыми жилыми домами. Во всём остальном же блеск и нищета военно-морской службы по прибытию Антона в свою войсковую часть осталась неизменной. Блеск заключался в том, что у государства нашлись сотни миллиардов рублей, потраченных на строительство атомоходов, нашпигованных самой передовой техникой и оружием. Нищета же состояла в том, что командиры этих кораблей были бесправней и беднее церковной мыши. Наличие денег даже на мелкие расходы им не предусматривалось выдавать никаких и никогда. Даже для своего вызова из отпуска в часть каждый отпускник составлял текст телеграммы и деньги для её оплаты. Из прерванного отпуска прибыл не только один Антон, но и остальные отпускники по телеграммам, оплаченным ими же.
В то бурное время окончательно разрушалась колониальная система владений капиталистических государств. Под боком США, можно сказать, на самом глазу их видения шаблона политического развития мира рождалось новое социалистическое государство Куба. В том, что оно в противостоянии с США выстояло благодаря воле девятимиллионного населения во главе с Ф. Кастро, не менее важную роль сыграл Н.С. Хрущёв.
Со всей взвешенной решительностью расчётливого и опытного руководителя государства, он бросил всю мощь Советской державы на защиту маленькой Кубы. «Родина или смерть!» — провозгласили кубинцы и при мощной поддержке СССР победили.
Вот и сейчас атомоход «К-55» являясь частицей этой мощи, загружал оружие, продовольствие и другие запасы для того, чтобы выйти в море и стать весомым аргументом в противостоянии, которое в дальнейшем разразится под именем «Карибский кризис».
Антон вместе со всем экипажем включился в работу и перед короткими часами сна смотрел на фотографию своей юной жены. Он засыпал, как убитый — на мечты времени не хватало совсем. Несмотря на напряжённую интенсивность и занятость делами, в целом служба у Антона вроде бы то ладилась и с множеством её обязанностей он справлялся успешно. Однако, как в песне поётся: «Однажды их вызвал к себе командир…»
— Липовецкий, что там за конфликт у вас возник по линии особого отдела? — задал неожиданный вопрос Сберев.
— Понятия не имею о чём идёт речь, товарищ командир, — вполне искренне ответил Антон.
— Если честно, то у меня к вам претензий по службе нет. Даже наоборот. Но работник КГБ капитан Ущербный, курирующий экипаж, требует отправить вас к нему для дачи пояснений по поводу какого-то письма и хранению секретных документов в казарме под подушкой. Так что идите к нему на беседу в казарму. О результате доложите мне, — закончил разговор командир.
С капитаном Ущербным Антон встречался один раз: вместе искали немецкую гранату перед приездом Н.С. Хрущёва. Тогда это был задёрганный службой офицер.
— У каждого свои заботы, — подумал Антон, поругивая себя за недоброжелательное отношение к клану КГБистов вообще. Ведь и среди них должны быть честные и порядочные люди. Однако теперь перед Антоном сидел переполненный важности чинуша, который перебирал в руках исписанный лист бумаги. Это было то самое письмо, которое Липовецкий несколько месяцев назад написал Светлане. Припоминается, что он попросил Веселова опустить его в почтовый ящик в городе Мурманске.
Антон молчал. Он вспомнил, что в письме сообщал о своей службе на атомных кораблях.
Это военная «тайна», о которой знают все жёны подводников. Только круглый дурак может за эти познания привлекать их мужей к ответственности.
— Дело даже не в ответственности, — подумал Антон, — неужели Веселов отдал письмо в особый отдел?!
— Нет! Быть этого не может. Тогда что: военная цезура существует даже в городе Мурманске? Иначе, как письмо попало в руки этого идола, возомнившего себя не менее божества земного. До чего же на душе противно, когда государство разрешает грязными руками вот таких служак трогать самые тайные и интимные святыни людей. Людей, которые за государственные интересы своей страны готовы драться насмерть.
Антон молчал. Молчал он и тогда, когда Ущербный «обрисовал» перечень нарушений, допущенных Липовецким при переносе и хранении секретных документов в казарме.
— Пишите объяснительные записки по каждому из этих нарушений, — закончил особист.
— Вам нужно, вы и пишите, а я писать ничего не стану! — сказал Антон, — небось у вас и так бумаг от осведомителей полно. От меня вы их не дождётесь.
— Ах так! Тогда с вами будет разбираться партийная организация и ваш командир, — пообещал Ущербный.
— Зря! — сказал Сберев, выслушав доклад Липовецкого, — зря. Поймите, теперь наказание вам обеспечено. Здесь даже я бессилен. А впрочем, ничего страшного, до очередного воинского звания служить вам больше года, так что снять «фитили» хорошей службой время есть.