Вскоре они поняли, что Пол не собирается быть никем иным, кроме финансового директора и одного из руководителей. В отличие от Дэна, который уволился с работы и занимался только подъемом ресторана на должный уровень. Пол же теперь участвовал в развитии заведения только по мобильному телефону. Дэн в одиночку старался управляться со всем, физически не вмешиваясь в процесс обслуживания клиентов. А Кэти старалась смириться с его постоянным присутствием, представляя себе, что они встретились на вечеринке и стали друзьями. Так ей было легче еще и потому, что после истории с подвалом, казалось, они стали ближе и действительно подружились.
Джеральдина иногда заскакивала в ресторан, и Кэти со Сьюки фиксировали каждое ее движение по отношению к Дэну, подобно спортивным комментаторам, только с меньшим состраданием. Они сделали вывод, что Джеральдина скрывает гораздо больше бзиков, чем целлюлита, и решили, что эти отношения продержатся еще месяц. Максимум. Это делало Кэти счастливой.
Ник прекрасно освоился на кухне. Еда, которую он готовил, была по-настоящему вкусной. Он и правда умел превратить дерьмо в конфетку. Это делало счастливыми всех, пока Ник не терял хорошего расположения духа и не показывал себя во всей красе. Он терял терпение, кричал, картинно падал на диван, театральными жестами пытался снискать женское сочувствие. Пэтси называла это мужским эго и находила это частью его шарма. Сьюки считала, что это «детство в заднице», и находила это довольно эротичным. Кэти считала, что он ведет себя как задница, и предлагала ему стать женщиной. Однако в глубине души она знала, что причина такой ее нетерпимости заключается в том, что такая же черта характера присуща и ей. Она понимала Ника и поэтому, в отличие от остальных, не боялась его и точно знала, как можно вывести его из себя.
Ник считал, что Кэти нелегко уважать, ей это нравилось, и, таким образом, у них сложился негласный союз.
В отличие от других, Мэтт не изменился. Как и большинство подростков, он считал себя революционером, но на деле действовал как старый реакционер. На первой неделе он жаловался буквально на все. На второй неделе он уже забыл, как все было когда-то, и все стало хорошо. Одна вещь, которая ему явно пришлась по душе, — это смена клиентуры.
Теперь это выглядело так: постоянные клиенты-пригородники продолжали появляться в свое обычное время, но теперь им нравилось брать что-нибудь вкусненькое к кофе — печенье, приготовленное Ником, или горячий бекон с эмментальским сыром, или чеддер и жареный перец. Дэн и Кэти пытались читать мысли своих клиентов и однажды утром решили, что, несмотря на вечные жалобы пригородников на все на свете, им все нравилось — они привыкли к этой части своей жизни. Кэти знала, что ей необходимо покупать по утрам шоколад и газету, так же и пригородникам требовался их кофе. Так что они усадили Ника и заставили придумать легкие завтраки, которые подходили бы к кофе. И это сработало. Едва клиенты решили, что лучше заплатить два фунта за кофе и вкусный завтрак, чем один фунт только за кофе, дело было сделано. Клиенты стали привыкать к новому порядку. Они стали нуждаться в своем бутерброде не меньше, чем в кофе. Ник начал выполнять индивидуальные заказы постоянных клиентов, и через несколько дней клиенты уже жаловались, если вдруг он не делал что-то «их любимое». «Любимое», о существовании которого они раньше и не догадывались.
После того как пригородники разъезжались, приходили мамаши с почти истеричными от веселья малышами, счастливые от того, что их отпрыски могут знакомиться с новыми друзьями, пока их матери занимаются тем, чем хочется, вместо того, чтобы бегать за ними. Пэтси прекрасно ладила с ребятишками. Некоторые даже плакали, если у Пэтси не оказывалось времени поиграть с ними, а Сьюки и Кэти были на грани слез по той же самой причине.
К всеобщему удивлению, все новые посетители любили сидеть за стойкой, благодаря идее Дэна установить доступ в Интернет с двух компьютеров по более низкой цене, чем в обычном интернет-кафе, располагавшемся неподалеку. Люди растворялись в виртуальном мире, попутно выпивая три латте и что-нибудь съедая.
Клиенты, заходившие во время ланча, в основном были незнакомыми. Модные работники на дому, как муравьи из муравейника, сползались на ланч в «Кричтон-Браун», а потом оставались там за компьютерами заканчивать обеденную работу в окружении негромкой музыки и персонала, который не старался скорее от них избавиться. Приходили на ланч писатели, актеры и театральные агенты. Кроме того, дважды в день заходили и старые посетители — работники местного центра, банков и офисов: около девяти со списками заказов на кофе и закуски, а потом около четырех, чтобы поесть или просто сменить обстановку.
Появление одной клиентки изменило жизнь Мэтта. Он влюбился.
