— К чему такая жертвенность? Ты же хотел стать огнеборцем.
— Боюсь без одного взрывоопасного дворянина, тут будет скучновато, — Ленский усмехнулся. — В конце концов, мы уже и сами показали, что можем справиться с игнитом.
— Предлагаешь открыть свою службу по борьбе с бездной? — улыбнулся я.
— А что, это вполне себе идея. «Ленский и Пожарский — специальная служба по борьбе с бездной», — продекламировал он, будто читая объявление.
Рядом с его ногами упала сумка с его вещами.
— Как-нибудь справимся. Я слышал, в Ледяной Страже есть парочка вакансий. В Чумной корпус я не хочу, уж извини. А остальные нас не возьмут…
Я усмехнулся, накинул на себя кожанку и закинул рюкзак на плечо.
— Ну, в таком случае, с тобой хоть на край света… — хлопнул я его по плечу.
— О, это будет замечательное приключение, — рассмеялся он, — уверяю тебя.
Остаток пути до ворот мы проделали молча, просто брели вперёд. На выход. Навстречу новым поворотам судьбы. Кто знает, может быть, именно это для меня и было предначертано.
Я поднял голову и всмотрелся в россыпь звёзд. Молодая луна и редкие фонари на территории учебного центра не могли заглушить их сияние. Я где-то читал, что они так далеко, что, возможно, все уже даже погасли, но тем не менее их свет продолжал привлекать людей во все времена, служа зачастую проводником тем, кто потерял свой путь.
— Далеко собрался, Пожарский?
Раздался за моей спиной знакомый суровый голос. Стоило нам только оказаться за воротами учебного центра…
Я развернулся. Сказать, что я был удивлён, — ничего не сказать. Кого-кого, но его я увидеть не ожидал…
Кожедуб, стоял прислонившись к стене сразу за воротами. Если он ещё пришел и поиздеваться…
Возникло лютое желание послать его прямиком в Бездну.
— Знаете что… Пошли бы…
— Старший инструктор. Какой приятный сюрприз! — опередил меня Ленский, не дав закончить навигационное задание, — Вы что здесь делаете в столь поздний час?
Кожедуб вышел из тени.
— Ну что, Пожарский. Должен признать, ты меня удивил, — медленно начал Кожедуб, — Ни истерики, ни угроз, ни бахвальства своей родословной…
К чему этот старый лис ведет…
— Ты не бросил товарища, на забеге. — продолжал Кожедуб, — Оказался сильнее чем кажешься с виду. Смог найти помощь, когда сам оказался в затруднительном положении.
— Давайте без долгих предисловий, — поднял я руку, — К чему вы ведете?
Кожедуб посмотрел на меня. Виновато? Мне не показалось?
— Пожарский. Репутация была твоя против тебя. Все были против того чтобы тебя брать Пожарский. Наблюдателям из Министерства было достаточно того что они увидели. Твой дар… Они пробили тебя по базам Министерства.
Я хмыкнул и сложил руки на груди. Ну конечно. Как же иначе.
— Известно, что Владимир Пожарский был Нулем. Постоянные приводы. Ночные загулы. Просто распоследний бездарный кутила, который ни разу в своей жизни ничего тяжелее игральных карт не поднимал.
Кожедуб даже поморщился когда это говорил.
— Да и разве мог кто-то всерьез подумать, что ты решишь стать огнеборцем? Я сначала решил, что это шутка…
Как же. Обхохочешься.
— Но сейчас… — продолжал Кожедуб, — Ты приходишь и говоришь что одаренный. И доказываешь это. И что ещё важнее. Доказываешь, что ты изменился. Доказываешь, что тебе можно дать шанс. Что ты заслуживаешь его.
Внезапно он подошел ближе и говорил уже так. Чтобы слышал только я.
— Но есть то — что увидели не все. За ярким представлением. За яростью пламени видно твой настоящий дар. Дар в котором больше от Бездны чем от человека. И именно это напугало Министерство.
Кожедуб сделал паузу. Его темно-карие глаза пристально смотрели на меня. А я глядя ему в глаза всё-таки пытался понять в чем тут дело. Кожедуб меня раскусил?
Если он счел меня одержимым, то зачем со мной разговаривать? Или хочет, чтобы я сам сознался, а за углом ждет штурмовой отряд огнеборцев? Или же Министерство пришлет кого пострашнее?
Ну что же. Будь что будет.
Я выдохнул.
— Скажите прямо уже, — взглянув Кожедубу в глаза, сказал я.
— Прямо? — Кожедуб даже удивился, — Да, Пожарский. Ты — изменился. Хочешь прямо? Прямо — мне плевать, что о тебе говорят. Мне плевать кем ты был. Мне плевать, что эти пиджаки увидели на экзамене.
А вот это неожиданно…
— Я лично за тебя поручился. И ты будешь Огнеборцем. Лучшим из них.
Но если я узнаю, что есть хоть малейшее основание считать тебя одержимым. Пусть хоть даже у тебя вырастет мелкий рожок на заднице. Будет уже поздно. Я отправлю тебя в Бездну. И ты даже не поймешь, что это случилось.
Я молча дослушал его речь. Мне кажется даже ни один мускул на моем лице не дрогнул.
Он усмехнулся и взмахнул рукой. В свете фонаря сверкнул начищенный до блеска металл.
Я вытянул руку и поймал в воздухе металлическую эмблему. На серебряном щите багровели языки пламени, опутывающие золотой меч. Символ корпуса Огнеборцев.
Гладкая на ощупь эмблема будто бы была теплой, несмотря на холодную ночь. А в металлическом пламени, казалось плясал настоящий огонь.
— Из ядра игнита, — пояснил Кожедуб, — Он твой, если ты захочешь.
