Да уж. Ну и подобралась команда. Трое из присутствующих не просто обладали уникальными и опасными дарами и могли поубивать всех в этой комнате, но и, пожалуй, не прочь были это проверить. Словно гремучая смесь.
Как раз по мне.
Я задумчиво посмотрел на Архипова. Не удивлюсь если он какой-нибудь наследник Князя Демонов.
Но пока, надо бы навести тут порядок.
— С этого дня мы с вами в одной лодке, — ответил я. — Мы одна команда. Хочется вам этого или нет. Нам придётся сработаться, если мы не хотим вылететь из учебного центра.
Судя по повисшему в воздухе молчанию, на этот аргумент у спорящих возражений не нашлось.
— Вы слышали Валидубова. С этого момента мы будем все как один. Один пойдет против всех — все окажемся на дне. Этого хотите? После всего того, через что пришлось пройти на экзамене? — жёстко сказал я, — Теперь нам вместе жить. Возможно вместе умирать.
Я оглядел присутствующих: Вроде успокоились и задумались. Самое время сменить тему.
— Раз у вас хватает времени на склоки, лучше скажите мне: кто-нибудь видел кто из инструкторов будет нашим командиром? — спросил я.
Все отрицательно покачали головой. Видимо, мнение о нашем инструкторе придётся составлять по итогам личной встречи, которая должна состояться уже скоро.
— Я слышал, он просто зверь, — отозвался Архипов.
Он оглянулся, как бы никто не подслушал, будто бы Кожедуб мог прятаться прямо за его прикроватной тумбочкой.
— Вздор всё это, — отозвался Полозов.
Он развернулся и картинно плюхнулся на свою кровать прямо в ботинках. Сразу видно изнеженного аристократа, не привыкшего следить за порядком своих вещей. Ну ничего. Это дело поправимое.
— Что вы как девки сплетничаете? — холодно произнёс Ленский.
Он налил себе уже четвертую чашку чая и делал пометки в свой обитый чёрной кожей блокнот.
— Лучше вернемся к действительно важным вещам, — начал он издалека, — Кто-нибудь уже узнал, где здесь продается хотя бы сносный виски?
— Он вам не понадобится. — донёсся знакомый хриплый голос от входной двери, — Если вы только не хотите вылететь отсюда быстрее, чем гимназистка из мужской бани,
Ну кто же ещё. Конечно же он. Я совсем не удивился увидев здесь знакомое рассеченное шрамом лицо.
— Как-то вы расслабились после экзамена. Напомню — вы ещё не Огнеборцы, — хмыкнул Кожедуб, — Так. Кучка болванов, решивших поиграть в спасителей человечества. Одевайтесь. Построение на плацу через пять минут.
— Но занятия должны начаться только завтра, — отозвался Полозов, даже не думая шевелиться.
Кожедуб повернул к нему своё обветренное смуглое лицо.
— Я вижу ты тут самый умный, — поднял бровь Кожедуб. — Имя, Фамилия?
— Григорий Полозов.
— Полозов, значит… — протянул Кожедуб. — Три наряда вне очереди.
— Какие наряды? Аристократы в наряды не ходят!
Думаю если бы его невидящий правый глаз, на рассеченном шрамом лице мог вылезти из орбиты, то именно это сейчас бы произошло. Он бросил на Полозова такой взгляд, что тому сразу расхотелось щеголять своим остроумием.
— В моём учебном центре в наряды ходят все. В том числе и аристократы. Пять нарядов вне очереди. Ещё вопросы?
Он поправил багровый берет на своей голове.
— У вас осталось три минуты.
Он уже собрался уходить, но вдруг остановился и снова повернулся к нам.
— Ну и последнее, — загадочно улыбнулся Кожедуб. — Хочу вам представить ещё одного члена вашего отряда.
Он сделал шаг в сторону, и в дверях показалась девушка. Но по цитрусовым духам, которые я уже успел хорошо запомнить, я сразу понял кто сейчас появится перед нами. Ещё до того как в проеме показалось её лицо в обрамлении каштановых волос — Елена Соколова довольно улыбалась, глядя на нас.
— Скучали? — вздёрнув нос, спросила она.
Так началось наше обучение. Подъём в 6 утра, занятия по физической подготовке, завтрак, опять физическая подготовка, теоретические занятия, тактические занятия, опять физическая подготовка… День был расписан буквально по минутам. А к вечеру мы приходили такими выжатыми и измотанными, что буквально мгновенно проваливались в сон. И на следующий день всё начиналось по новой.
Кожедуб сдержал своё слово и принялся за наше обучение так, будто через месяц нам уже нужно будет нырнуть в самое сердце Бездны. Удивительно, как этот человек до сих пор не сорвал голос и откуда он берёт все эти ругательства и эвфемизмы, о существовании которых я вообще не подозревал. В общем, несмотря на то что Ленский был полон надежд в изучении плана учебного центра (особенно касающегося женского общежития), времени у него на это совсем не было. И судя по тому, как мы все уставали, желания тоже поубавилось. Даже у Соколовой — потому что никакой слабины для представительниц прекрасного пола в учебном центре не было. Единственное отличие для них заключалось в том, что у них был свой корпус, в котором они жили отдельно.
