– Тише, сын мой, – предостерег его отец Себастьян и добавил, поморщившись: – И ни к чему поминать рогатого в святой церкви.
– Не вам мне об этом напоминать, отец Себастьян, – усмехнулся Рош. – У вас у самого черт на плечах сидит, а вы боитесь его упоминания.
Священник промолчал, и Рош подумал, что тому и вправду сказать на это нечего. Рош был прав на все сто. Все, кто имел дело с мафией, были уже изначально приговорены для жаркого на адовой сковородке, и священник это понимал лучше, чем кто бы то ни было.
Договорившись, что отец Себастьян сообщит все переданные ему сведения кому следует, Рош со спокойной душой вышел из исповедальни. Он бросил мимолетный взгляд на Сибиряка, стоявшего неподалеку, и позвал Мелитона и Белла:
– Идемте, отец Себастьян причастит нас и отпустит нам грехи наши. Отец наш небесный милостив к нам, и мы должны быть благодарны Ему за это, – добавил он не столько для товарищей или для священника, сколько специально для Сибиряка, угрюмо смотревшего в его сторону.
Сосновский искоса глянул на вышедшего из второй будочки священника, и тот не понравился ему ни внешностью, ни благостным выражением лица, ни походкой, ни тем, как он посмотрел на Эдуарда – любопытным и в то же время неприязненным взглядом. Взглядом, который никак не вязался с его благообразной личиной.
Через два часа после того, как они вернулись из города, Сосновский и Рош сменили на дежурстве Балу и сержанта Дамалу. Вечер и половину ночи они оба молчали и только перекидывались мимолетными взглядами. Гринно – насмешливо-снисходительными, а Сибиряк – угрюмыми и настороженными.
«Ничего, матрешка, я тебя все равно раскушу», – думал Сосновский.
О чем думал в это время Рош, знал только он сам. Но ничего хорошего эти его раздумья для Эдика не несли.
Через три дня, пройдя таможенный контроль, колонна с русской гуманитарной помощью пересекла границу Демократической Республики Конго. Из городка Буэра в Уганде они переехали в приграничный городок Касенди и, не останавливаясь, доехали до города Бени. Там они остановились, чтобы решить, куда им двигаться дальше. Дело в том, что из этого города шоссе А109 раздваивалось и вело до столицы страны Кисангани двумя разными путями. Первая дорога шла через почти непроходимые заболоченные джунгли по трассе № 4, но была короче, что позволяло сократить путь чуть ли не вдвое. А вторая дорога по трассе № 2 была объездной и шла вдоль границы с Угандой и Руандой, а потом сворачивала на шоссе № 3 и была куда как длиннее, что задержало бы колонну на пару дней и не позволило бы ей вовремя прибыть на место.
– Честно признаться, – высказался Михаил, который был в некотором роде экспертом африканских дорог в колонне, – я даже не знаю, что и посоветовать. Вариант с короткой дорогой хорош только тем, что эта дорога короче, но никак не безопаснее по сравнению с длинной дорогой. Если в районе заповедника Окапи прошли дожди, то дорога там, конечно, ужасная. В любой момент можем где-нибудь застрять в какой-нибудь заболоченной заводи. Они разливаются там по всей округе, и проехать по глине и грязи тяжелым фурам будет сложно.
– А что с объездом? – нахмурившись, спросил Соболев.
– Объезд тоже не лучший вариант, – вздохнул в ответ Михаил. – Дорога перегружена, и на ней в каждом городке, в который будем заходить, будут пробки. Так что к двум дням выбивания из графика из-за дальнего расстояния можете смело добавлять еще два дня на пробки.
– Хм, дилемма… – задумался Соболев, а потом решительно сказал: – Надо узнать насчет погоды. Проходили ли в районе заповедника… Как ты там его назвал?
– Окапи, – напомнил Михаил.
– Ага. Так вот, надо бы узнать, были ли в районе заповедного парка Окапи дожди. Если нет, то на кой нам эта объездная дорога?
– Хорошо, я узнаю. Но надо еще поговорить с водителями, которые не раз уже проезжали с грузом по обеим этим дорогам, и уточнить у них детали, – посоветовал Михаил.
– Темный, Атос, задачу поняли? – посмотрел на помощников Соболев.
Оба кивнули в ответ. Чего уж тут непонятного – узнать, какой дорогой лучше проехать до столицы.
– Вот и хорошо. Расходимся. Как только все, что нужно, узнаете, сразу докладываете мне, и на основании собранной информации будем решать, как нам поступить и по какой дороге двигать дальше.
Пока командиры думали и гадали, Рош нервничал. Ему очень было нужно, чтобы колонна не поехала обходным путем. Засада на фургоны с гуманитаркой была задумана именно в районе леса в бассейне реки Итури, то есть именно у заповедника Окапи, где должны были поехать фуры. Но через час, когда стало известно, что до начала сезона ливней еще целых две недели и было принято решение ехать короткой дорогой, Гринно успокоился и даже повеселел.
Смена его настроения не укрылась от Сибиряка, и Сосновский резонно решил, что это неспроста. А раз так, то ему следует удвоить бдительность и присматривать за этим ушлым африканцем не только днем, но и ночью.
