Огненная королева полностью

Она встала, подошла к столу, порвала листок и посмотрела на чистый под ним. Снова забыла взять с собой айфон. Переход был слишком внезапным, у нее в голове кружилось много мыслей. Девочка села за столик, взяла перо, окунула его в чернильницу и начала писать. Царапанье гусиного пера каким-то образом успокаивало ее. Она начала с первой мысли, которая пришла в голову.

«Итак, сегодня сожгли человека. Я до сих пор чувствую запах дыма. Это так меня беспокоит… – Осмелится ли она написать это имя? Может быть, только букву «Ф». – Когда я возвращалась, то планировала забрать с собой папу и убедиться, что Ф. в безопасности. Я должна узнать это, прежде чем уйти. Сомневаюсь, что Ф. отправится со мной. В этом смысле она похожа на Марисоль. В конце концов, родители Ф. здесь, в Англии, а мама Марисоль где-то в Америке. Ф. захочет со мной в Америку не больше, чем Марисоль – в Боливию. Но с папой все может быть иначе. Остается только надеяться. Думаю, придется признаться, сообщить папе, что я здесь. Терпеть не могу врать».

В дверь заколотили.

– Да, кто там?

– Джейн и Беттина.

– Заходите!

– Как ты? – Джейн, похоже, волновалась.

– Да, – сказала Беттина, – я видела, как ты выбежала из королевской гостиной.

– Я… мне стало плохо. Но сейчас уже лучше. – Она незаметно сложила листок и засунула под промокашку на столе.

– Королеве понравились платьица и ползунки для малыша, особенно с кроликами, – сказала Джейн. – На самом деле, она сразу же решила называть ребенка Крольчонком.

«Господи, меня сейчас снова стошнит», – подумала Роуз.

– Скоро едем в Хэмптон-Корт. Думаю, недели через три или около того, – сказала Беттина. – Куча вещей заказана для королевских родов.

– Еще одежда? Это будет самый хорошо одетый ребенок. Мы с Тельмой и остальными зашиваемся.

– Заказали не только одежду, но и украшения, – сказала Беттина.

– Украшения? Ребенок будет носить украшения?

Но тут Роуз открыла рот. Она поняла, о чем говорит Беттина: это был код. Значит, отец приедет в Хэмптон-Корт!

– Да, – продолжила Беттина. – Нужно много медалей для лечащих врачей и кое-что для акушерок, а потом, конечно же, для крестных. И, как мы понимаем, довольно большое бриллиантовое кольцо для отца, принца Филиппа. Он сделал то, что от него требовалось. Зачал наследника.

– Посмотрим. – Джейн чихнула.

Роуз казалось, что сердце сейчас выпрыгнет из груди. Беттина была единственной, кто знал, что Николас Оливер – ее отец. Правда, она не знала, что Роуз была из другого времени и из другого места. Эту тайну приходилось хранить. Беттина зарекомендовала себя как отличный почтальон между Роуз и ее отцом, королевским ювелиром.

– Так когда мы едем в Хэмптон-Корт?

– Младенец должен родиться в апреле, почти на Пасху, а через несколько дней начнется формальная послеродовая пора королевы. Полагаю, что достаточно скоро.

Скоро, подумала Роуз, она увидит папу и будет умолять его уйти, вернуться с ней. Извинится, что пошла ему наперекор.

Роуз сокрушалась, что солгала ему, не послушалась. Но это же из любви. Он должен понять. Просто обязан!

Сожжения стали проводить чаще. Их случилось уже восемь! И хотя мы находимся в Хэмптон-Корте, так как начинается формальная «родовая пора» королевы, когда ветер дует в нашу сторону, мы все равно ощущаем смрад от дыма, пепла и горящей плоти.