Теперь можно было смело утверждать, что Руфус не съест еду предназначенную для лисы. Я подошла к столу, стоявшему на улице, и слегка нагнулась. Рыбка, которую я спрятала днём, лежала не тронутая. Её никто не нашёл. Я положила рыбу в миску и отнесла за огород. Оставила её на том же самом месте.
– Ну, лиса, не подведи, – с этими словами я ушла домой и больше на улицу не выходила.
Разбудили меня озорные лучики солнца. Они пробрались через окошко и ловко миновали тёмные занавески. Эти ловкачи ослепили меня золотым светом, как только я открыла глаза. Солнце сегодня было невероятно яркое. Если не выглядывать в окно, то можно было подумать, что на дворе лето.
Не торопясь, я встала с кровати и стала её заправлять. Как вдруг вспомнила, что нужно посмотреть съела ли рыбу лиса, пока из курятника не выпустили собаку.
– Руфуса ещё не выпустили? – спросила я маму, выбежав на кухню.
– Нет, – ответила она с набитым ртом.
И я побежала на улицу, так же как и прошлым утром в пижаме и домашних тапках.
– А что случилось то? – крикнула мама мне в след.
Но отвечать на вопрос не было времени. На улице краем глаза я заметила, как Егор шёл к курятнику. Он вот-вот выпустит Руфуса, но это уже было не важно. Я уже перелезла через живую ограду колючего шиповника. Вот она, миска. Пустая. А рядом даже следы остались. Значит, лиса точно приходила. Мой план сработал!
Так я подкармливала лису неделю. Оказалось, что лисы едят не только рыбу и курицу. Моя подруга с удовольствием съела пару яиц, несколько сосисок и даже отведал молочную кашу. Однако лису я больше не видела. А так хотелось взглянуть на неё ещё разочек, хотя бы краешком глаза.
Из-за моих ночных подкормок мама успокоилась за кур, а брат перестал закрывать Руфуса в курятнике. Спаниель настолько был рад этому, что даже не просился домой на ночёвку. Он тихонько устраивался на мягкой подстилке на крыльце дома, сворачивался колечком и тихонько посапывал.
– Аля, собирайся, а то опоздаешь на ярмарку, – громко сказала мама.
– Я почти готова!
Сегодня был особенный день. Ведь сегодня был праздник Урожая. А в праздник Урожая в нашей деревне всегда устраивали ярмарку. На неё съезжались огородники из разных посёлков и деревень, чтобы бороться за титул самой большой тыквы. Да, этот год был выбран – годом тыквы. Поэтому на ярмарке будет огромное число этого пузатого плода.
Наша семья тоже решила принять участие в осенней ярмарке. А точнее постаралась я, так как уговорила маму поучаствовать в конкурсе на самую большую тыкву. Раз уж у нас уродились в этом году только яблоки и тыквы, то почему бы не поучаствовать? Поэтому сегодня Егор, и я едем в центр деревни на осеннюю ярмарку.
Ради такого случая соседи одолжили нам свою лошадь с повозкой. Егор хорошо управлялся с лошадьми. С малых лет он ездил на повозке запряженной конями – помогал соседям перевозить сено. А они в свою очередь не раз помогали нам.
Мы выбрали самую огромную тыкву и с большим трудом погрузили её в повозку. Уж очень тяжёлой она была.
– Алька, чем ты их поливала, кальцием что ли? Их не поднять, – ворчал Егор.
За тыквами всё лето ухаживала я. Это была моя летняя обязанность. Мой вклад в огород и урожай. Всё лето я поливала тыквы и вырывала сорняки, если они появлялись рядом. Иногда я ходила с линейкой и мерила своих оранжевых пузанов, ведь мне казалось, что они совсем не росли. Однако сейчас я могла успокоиться. Тыквы выросли огромными.
На ярмарку отправились только я и Егор. Погода была прекрасная. Изредка на небе виднелись тучки, но солнце царствовало на небосводе. Оно ласково пригревало тело и от этого становилось тепло и на душе. Ветер сегодня тоже был тих и смирен, будто бы его наказали и теперь он боялся сделать лишнее движение.
На ярмарке царила жизнь и суматоха. Столько народу я никогда ещё не видела. Вся площадь нашей небольшой деревни была уставлена деревянными прилавками. На них располагались и участники конкурса, и торговцы, продающие разные вещицы. От фонарного столба к столбу тянулись бесконечно длинной цепочкой разноцветные гирлянды. Повсюду стояли цветы и флажки. Это был настоящий праздник. Праздник веселья и урожая.
Мы тоже выбрали себе прилавок и с трудом перекатили на него с телеги тыкву. Пока Егор занимался формальностями и регистрировался на конкурс, я решила прогуляться по ярмарке.
– Далеко не уходи, – сказал брат, – в такой толпе легко потеряться.
Это верно. Даже если кричать во весь голос, то не сумеешь докричаться. Шум и гам стоял такой, что и собственный голос нельзя было услышать.
На ярмарке продавали и леденцы, и яблоки в карамели, и расписные свистульки, и глиняную посуду, и бусы из драгоценных камней. Как же мне хотелось попробовать все сладости, что тут предлагались, но денег у меня с собой не было. Поэтому оставалось только любоваться и представлять вкус этих лакомств.
