Их губы встретились, и, как и прошлой ночью, Лиор, одурманенный головокружительным ароматом феромонов, с наслаждением начал упиваться этим глубоким, пьянящим поцелуем… — Снять, откинуть в сторону всё ненужное, взять то, чего так жадно желал…. Прямо сейчас! Но вместо этого он схватил вилку со стола и резким, точным движением вонзил её в бедро Плектра. Адмони закричал, взвился от боли. Он схватился за черенок вилки, что бы вытащить её из своего тела, одновременно пытаясь отпрянуть от убийцы, но тот стремительно рванул его на себя и схватил за руку, на которой был браслет. Рейза понял его намерение и стал вырываться, но Лиор начал с силой выкручивать ему запястье. Другой же рукой он старался притянуть голову Адмони как можно ближе к себе — потом надо будет чуть — чуть надавить на шейные позвонки, и Рейза умрёт мгновенно! Убийца каждую секунду ожидал сокрушительного удара, который разнесёт его мозг в мелкие дребезги, но всё же ни за что бы не выпустил свою добычу. Вот браслет заскользил по запястью Плектра. Ещё немного, и Лиор заполучит то, что, открывает без ключа любой замок; то, что, как навигатор, проведёт туда, куда ты не знаешь дороги; то, что уже не сможет причинить вреда пленнику… Ещё самую малость! Но Адмони извернулся, как кот, на коленях у Лиора, и стал медленно съезжать на пол. Как бы Лиор не старался его удержать, он выскальзывал всё больше; вот уже и нечего думать справиться с ним так. Он высвободил на мгновение руку, которой пытался сломать шею Плектра, быстро раздвинул ноги и снова сжал их, сдавив тело Рейзы мощными, словно стальными тисками. Свободной рукой он всё же дотянулся до его шеи и обхватил жестким зажимом — теперь только надавить посильнее… Рейза понял, что не сможет одолеть медвежью хватку огромного сильного мужчины и не стал больше пытаться отвести его руки от себя. Вместо этого он внезапно ударил изо всех сил по колену Лиора, и тот взвыл от неожиданной резкой боли. Второй такой удар ослабил его настолько, что он разжал захват, и Адмони почти вырвался. Только руку никак не мог высвободить, и Лиор, словно в наказание за такое вероломство, задыхаясь от боли и злости, попытался сломать предплечье Рейзы. Он стал выкручивать и одновременно заламывать его руку. Рейза стонал сквозь сжатые зубы и искал новую болевую точку, до которой мог бы дотянуться. Вот он извернулся в то сторону, куда Лиор сворачивал его руку и с силой ударил в голень — боль совсем ослепила Лиора, и он, не соображая что делает, отшвырнул от себя коленом Рейзу. Тот ударился о стол головой и свалился на пол возле него — рука теперь была свободна. От сотрясения его голова кружилась, он, как и Лиор, плохо соображал. Но вот рукой он нащупал стек, который выронил в момент нападения. Поднялся, шатаясь; с секунду зло посмотрел на пленника, а потом, опершись всем телом о край стола, согнул ноги в коленях и тут же распрямил их. Он изо всех сил толкнул Лиора и тот, не имея возможности защититься, рухнул навзничь вместе с креслом. На мгновение удавка так перехватила его горло, что он захрипел, но давление тут же ослабло: он понял, что цепь его уже почти не удерживает. И верно, она соскользнула с ножек кресла и стала настолько свободной, что он смог перебросить её через себя, освобождаясь от железного пояса. Он хотел было отцепить её и от ошейника, но свободы движениям теперь хватало, и он снова потянулся к раненному тяжело дышащему Плектру. Но Адмони поднял стек и принялся хлестать Лиора, да так жестоко и резво, что нечего было даже пытаться защититься от сокрушительной боли. Потом он двинулся на поверженного пленника, как загнанного зверя подавляя его всё больше и больше, ломая его бесполезное сопротивление. И, когда Лиор уже ослабел от этих страшных ударов и сдался, Рейза принялся бить его ногами, топтать. Он так и не применил ни одно из своих собственных страшных оружий, обошёлся обычными способами. Но он действительно умел это делать!
— Что, думал, что справишься со мной? Ты — настоящий мужик, а я — девка Баронская, да? Чёрта с два! Я же тебе говорил: ты не первый у меня такой борзый! Я и тебя укрощу; будешь у меня с пола жрать!
Он нанёс очередной удар по рёбрам Лиора, потом быстро наклонился к нему и схватил за волосы, дёрнул вверх — у Лиора от боли на глазах выступили слёзы. Рейза грубо и зло рассмеялся:
— Вот ты и плачешь, сволочь! Я был к тебе добр, хотел сделать тебе что-то очень приятное, а ты, подонок, как отплатил мне? Да ты знаешь, что за мой поцелуй в этом гадюшнике любой сам на дыбу полезет, и ещё умолять будет, что бы я позволил ему пострадать в обмен на ещё один поцелуй! — Он с размаху влепил пощечину Лиору, а потом ещё и ещё, а когда Лиор совсем сник, Рейза пинком отбросил его от себя как ненужный мусор. — Ну да ладно, шутки в сторону. Ты всё — таки меня разозлил. Лучше не делай так больше!
