В первый миг его обуял страх: тени хотели убить хозяина, но потом он увидел, что теней с каждой секундой становится меньше. Некоторые из них, вылетев из смерча, уж больше не могли подняться. Прошло еще несколько секунд, и все кончилось.
Смерч остановился, все тени были повержены и лежали на полу. Все, кроме одной. Хозяин поймал последнюю тень, сдавил ей горло железной рукой, прижал к стене и произнес только два слова:
– Кто послал?
Тень молча выгибалась, пытаясь высвободиться из стальной хватки хозяина, однако тот держал ее крепко.
В этот миг Сяо Гу словно во сне увидел, как одна из лежавших теней приподнялась на полу, вытащила из-за ворота метательный нож и замахнулась… В ту же секунду Сяо Гу с боевым кличем бросился на тень и с маху рубанул ее совком по горлу, прямо по сонной артерии. Брызнула кровь и окрасила бледную тень в красное. Сяо Гу, оцепенев, смотрел, как кровь толчками выливалась из горла и как тень зачем-то пыталась пережать себе сонную артерию, с каждой секундой слабея.
На крик Сяо Гу хозяин обернулся и, увидев случившееся, на миг ослабил хватку. В то же мгновение тень, которую он держал за горло, оттолкнулась от него ногами и спиной вывалилась в окно.
Но хозяин уже не обращал на нее внимание, он бросился к тени, раненой Сяо Гу. Нет, не раненой – убитой! Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: с тенью покончено.
– Что ты наделал, дурак?! – воскликнул хозяин.
– Убил демона! – с гордостью сообщил Сяо Гу.
– Боже мой, какого еще демона? – застонал хозяин. – Это человек…
Легкое беспокойство шевельнулось на самом дне души Сяо Гу. Вместо того чтобы похвалить, хозяин ругал его.
– Да вы же сами перебили кучу народу, – сказал он, указывая на лежавшие по всему номеру тени.
– Они в беспамятстве, – сказал хозяин обреченно, – просто без сознания.
Сяо Гу стало по-настоящему страшно.
– Но он хотел убить вас, – умоляющим голосом сказал Сяо Гу. И в доказательство показал на нож, лежавший рядом с окровавленным телом.
Хозяин хотел что-то ответить ему, однако по коридору, шумно переговариваясь, уже шли встревоженные фувуюани. Их обеспокоил крик, который издал Сяо Гу, перед тем как поразить врага.
Хозяин прижал палец к губам, одним прыжком достиг двери и быстро и бесшумно прикрыл ее. Фувуюани не знали, в каком именно номере кричали, и сначала пошли по соседним комнатам.
Хозяин присел над убитым, убедился, что с ним все кончено, и поднял голову к Сяо Гу. В глазах его тот прочитал разочарование и печаль.
– Господин, ведь вы меня не выдадите? – холодея, прошептал Сяо Гу. – Ведь я защищал вас, господин…
За дверью недовольный сосед объяснял фувуюаням, что шум поднял не он, а шумели в соседнем номере – наверняка иностранец устроил там какое-нибудь непотребство.
Сяо Гу смотрел на хозяина умоляюще.
– Ведь вы не выдадите меня?
В дверь постучали. Хозяин еще секунду внимательно разглядывал Сяо Гу, потом вздохнул, подошел к окну и поманил его рукой… Сяо Гу смотрел на хозяина, не понимая, что он хочет.
В дверь снова постучали.
– Фувуюань! – закричали с той стороны.
– Что стоишь? – сурово прошептал хозяин. – Марш ко мне, быстро!
Сяо Гу задохнулся от благодарности: хозяин его не выдаст, хозяин спасет его!
Он бросился к окну. Хозяин толкнул фрамугу, окно отъехало в сторону.
– Мы что, в окно будем прыгать? – хотел спросить ошалевший Сяо Гу, однако хозяин не позволил ему ничего сказать. Он перехватил Сяо Гу за пояс, перекинул его через плечо и вылетел в окно.
Да, именно так: они не выпрыгнули в окно – они вылетели в него, как летучие мыши или скорее уж как ангелы. Потому что только ангел, выпрыгнув с третьего этажа, не полетит вниз камнем, а взметнется по параболе и спустя пару секунд окажется на соседней крыше.
Когда хозяин выпустил Сяо Гу из рук, тот почти ничего не соображал, однако у него хватило соображения упасть на колени перед хозяином и воскликнуть:
– Хозяин – самый великий волшебник на свете!
Великий волшебник тем временем скатывал и прятал под одежду тонкую, но прочную веревку, на которой они с Сяо Гу вылетели из злосчастной гостиницы.
– Встань, – коротко велел ему хозяин. – И прошу, избавь меня от своих глупостей хотя бы на сегодня.
Сяо Гу встал, трепеща и одновременно готовый отдать за хозяина жизнь со всеми потрохами.
– Пора уносить ноги, – сказал хозяин. – Боюсь, за нас скоро возьмется полиция, и всерьез.
И они побежали по крыше: хозяин – бесшумно, а Сяо Гу – топая, как молодой слон…
Чего я вовсе не ожидал, так это того, что Сяо Гу полезет в драку.
А ведь знал, что упрямство – отличительная черта китайцев. Хотя главная их черта – это все-таки инстинкт самосохранения. Но Сяо Гу, выходит, презрел инстинкты? Чего ради? Рисковал собой, чтобы спасти хозяина?
С другой стороны, почему бы и нет, спас же он меня из музея. Но одно дело – бросить вверх веревку, и совсем другое – зарезать бандита совком для мусора. Тут есть над чем подумать.
Однако скромный его подвиг сегодня оказался не к месту. Во-первых, я так и не узнал, кем были подосланы убийцы, а во-вторых, за нами теперь гонится вся пекинская полиция.
