Но Мэй Линь была так спокойна, что Сяо Гу поневоле и сам проникся ее спокойствием и уже куда увереннее волок на себе хозяина, мечтая только о том, чтобы по дороге им попалась какая-нибудь тележка – сгрузить на нее бездыханное тело.
Однако стоило им спуститься с перрона, как перед ними появился дюжий молодец в сером костюме. Мэй Линь кивнула ему, он – ей, и Сяо Гу очень обрадовался. Он решил, что этот здоровый, как бык, парень сейчас погрузит хозяина себе на спину.
Не тут-то было! Здоровяк пошел вперед, даже не оглядываясь. За ним двинулась Мэй Линь. И уж позади всех плелся, проклиная все на свете, Сяо Гу со своей иностранной ношей на плечах.
Но, как уже говорилось выше, есть Шан-ди на небесах, никуда он не перешел и не умер, как облыжно утверждают разные европейские философы. Сжалившись над бедным Сяо Гу, Шан-ди совершил чудо: сделал так, что здоровяк приехал на небольшом грузовичке.
Сяо Гу допер хозяина до машины и с величайшим облегчением сгрузил его в кузов, после чего парень и Мэй Линь сели в кабину. Сяо Гу хотел сесть туда же, но его молча, что самое обидное, выпихнули на улицу, и пришлось ему ехать рядом с мертвым хозяином в кузове.
Ехали они долго, по сторонам сначала мелькали разные деревья с кустами, названия которых Сяо Гу не знал – да и зачем ему, он же не садовник. Потом деревья сменились разными скалами и горными породами, названия которых Сяо Гу тем более не знал, и дорога пошла круто вверх. С каждой минутой они забирались все выше и выше в горы. Через некоторое время сделалось здорово холодно, так что Сяо Гу стал даже ежиться. Он посмотрел на хозяина – нельзя ли стащить с него футболку? – но в последний момент передумал: еще, чего доброго, обвинят, что это он убил хозяина и обобрал его. На Мэй Линь и ее приятеля рассчитывать не приходится, это он уже понял. Случись чего, они сядут в свой грузовик, пукнут мотором – и ищи ветра в поле!
Мысли о футболке напомнили ему, что у хозяина в джинсах лежит бумажник, полный денег. Как уже говорилось, справедливо было бы хотя бы часть этих денег отдать Сяо Гу, он же их честно заработал, и сейчас как раз был подходящий момент для наступления справедливости.
Сяо Гу осторожно выглянул из кузова и посмотрел в зеркало заднего вида – не видят ли его Мэй Линь и ее парень? Но те были заняты каким-то важным разговором, и Сяо Гу решился. Он тихонечко перевернул хозяина на живот и полез в задний карман за бумажником. Навыка в этом деле у Сяо Гу не было никакого, он сильно волновался, вдобавок еще бумажник за что-то зацепился и никак не хотел вылезать. Однако у Сяо Гу была высокая цель, и он не собирался останавливаться на полпути. Сяо Гу стал все сильнее дергать бумажник, однако тот ни в какую, как будто его прибили к хозяину гвоздями. Видно, проклятые лисы заговорили не только хозяина, но и его бумажник.
Впрочем, сдаваться Сяо Гу не собирался. Когда спустя полминуты, пыхтя и обливаясь потом, он все-таки вырвал бумажник, сердце его замерло: тот был подозрительно худым.
Сяо Гу торопливо нырнул внутрь, и – о милосердная Гуаньинь, да что же это такое?! – внутри ничего не было. То есть нельзя сказать, чтобы вовсе ничего: внутри была какая-то бумажка, фотография человека, похожего на китайца, и паспорт хозяина, но самого главного, денег, внутри не было.
Проклятие! У Сяо Гу от злобы сперло дыхание.
Сначала он подумал, что деньги украли лисы, однако потом вспомнил, что уже после лис, на вокзале он лично нырял в бумажник, чтобы вытащить сто долларов для кондуктора, а значит, деньги увела хитроумная Мэй Линь! Если так, чем же она лучше негодных оборотней?
Сяо Гу весь кипел! Сейчас он постучит в окно и потребует остановить грузовик и выдать ему его долю…
Однако, чуть поостыв, он понял, что это было бы глупостью неимоверной. Разве он на месте Мэй Линь отдал бы так просто эти деньги? Никогда. А что бы он сделал? Полез бы в драку, само собой. Вот и Мэй Линь, конечно, полезет в драку, да еще и не одна, а со своим приятелем. Хотя, между нами говоря, ее и одной будет достаточно. Если она разбросала целое лисье гнездо, можно себе представить, как она отделает несчастного Сяо Гу…
Сяо Гу задумался и приуныл. По зрелом размышлении он решил ничего покуда Мэй Линь не говорить, однако вернуть свои законные деньги при первой же возможности. А пока он стал вертеть в руках паспорт хозяина. Из чистого любопытства он открыл его и стал читать, что там написано.
Впрочем, читать – это сильно сказано. Сяо Гу не силен был в иностранных языках, однако ему нравилось думать, что он все-таки способен кое-что понять, например, слово «хэлло», встреться оно ему в паспорте.
