– Да, эти ученики способны на большее, чем Совет драконов, – согласился Майлстем. – Уже на этом этапе члены Совета начали бы спорить друг с другом и высказываться не по теме. А ваши ребята умеют слушать, не перебивая друг друга.
– Этому и учат в Финсколе, – улыбнувшись, пояснила Сафира.
– И вот почему я рассказываю вам эту историю, ребята, – сказал Лейф ученикам. – Мы нечасто ее обсуждаем, но вы молоды, и ваш разум открыт новому. Иногда вы способны увидеть то, что скрыто от понимания взрослых.
«Неужели Лейф снова намекает на то, что нам пора приступить к действиям?» – подумал Андерс. Мальчик подозревал, что Драклейд говорит именно об этом. Однако Лейф даже не предполагал, что у ребят есть карта Дрифы.
– Меньше и меньше драконов соглашались летать в Холбард, как бы хорошо за это ни платили. Волки по-прежнему требовали выдать Дрифу для суда. Некоторые из нас считали это справедливым, но были и те, кто ни под каким предлогом не согласился бы отдать дракона на суд волков. В любом случае никому не удавалось ее найти.
Андерс сжимал спрятанные под столом ладони в кулаки, думая о том, как Дрифа скрывалась ото всех в ожидании появления детей. А потом оставила их в каком-то переулке Холбарда. Но куда она делась потом? Нашел ли ее кто-то из волков и судил по одним им ведомой справедливости? А может, она до сих пор где-то прячется?
– Что случилось потом? – спросила Криссин.
– Волки взяли нескольких драконов в заложники, – сказал Лейф, – и отказались выпускать их из города, пока те не починят ветровые арки и другие сломанные артефакты.
– Погодите, – поднимая руку, возразила Лизабет. – Волки, конечно, живут стаей и все вопросы решают не так, как драконы, но все равно нельзя говорить за всех волков, что они что-то сделали, как нельзя говорить «драконы», подразумевая всех драконов. Это предводители волков взяли драконов в заложники.
– А может, у них не было другого выхода, – нерешительно предположила Эллука. – Если они считали, что дракон убил волка…
– Может, она и на самом деле его убила, – сказала Брин. – Ведь она потом спряталась, а это выглядит подозрительно.
Рэйна тяжело вздохнула и потупила глаза – Андерс понимал, что ей хотелось сказать что-то в защиту их матери. И он готов был поклясться, что Эллука наступила подруге на ногу, чтобы та молчала.
– Возможно, они действительно были в отчаянии, – согласился Лейф с Эллукой. – Почти не доверяли драконам и при этом нуждались в их помощи для ремонта артефактов, от которых зависела жизнь города.
– Но это не означало, что они имели право держать кого-то против его воли, – возразил Нико. – Они выбрали наихудшее решение, даже если предположить, что все, что они думали, правда, но мы и этого не знаем.
– Многие драконы считали так же, – сказал Лейф. – Они предприняли миссию по вызволению пленников, которых держали в Холбарде насильно и заставляли там работать. Как бы вы описали такую миссию?
– Как нападение, – негромко проговорил до сих пор молчавший Андерс, и все повернулись в его сторону.
– Именно так, – так же тихо подтвердил Лейф. – Нападение, которое привело к битве. То слабое доверие, что еще существовало между нашими племенами, было окончательно подорвано, и это повлекло окончательный разрыв в отношениях, длящийся до сих пор. В той битве сражались многие нынешние члены Совета драконов. Наиболее сильно против нас настроена нынешняя предводительница рода Фурстульф, которая в то время командовала отрядом.
– Нам этого никогда не рассказывали, – послышался дрожащий голос Лизабет. – Видимо, взрослые волки об этом знают, но все, кому столько же, сколько мне, понятия не имеют.
– Ваши взрослые воспринимают эту историю по-своему, – сказала Эллука. – Так же как взрослые драконы. От них только и слышишь, что рассказы об убийствах, нежелании восстановить справедливость и как их заставляли одеваться в красное и постоянно угрожали.
– Но так быть не должно, – возразила Лизабет. – Ни один артефакт нельзя сделать, если в этом не будут участвовать обе стороны. Ветровые арки Холбарда так и не починили. Они неисправны. Иногда в гавань прорываются шторма, и это происходит все чаще.
– Если бы дело было только в арках, – вздохнул Лейф. – Сейчас Совету драконов приходится иметь дело с недавним нападением волков на Дракхэлм и кражей Снежного камня. Среди волков, я не сомневаюсь, ходят истории про то, как мы похищаем детей на равноденствие, – Лейф посмотрел на Тео, и тот покраснел под его взглядом, – и как наши шпионы бродят по всему Холбарду. У нас рассказывают про волчьи вылазки, нападения и недобрые намерения. Все это бесконтрольно накапливается и выливается в невообразимые сложности.
– А Совет драконов вот уже десять лет только и делает, что обсуждает, и никаких действий! – в сердцах воскликнула Эллука. – Ой, я вас не обидела? – обратилась она к присутствующим троим членам Совета.
– Ничего-ничего, – сказал Лейф. – Все правильно.
– Лейф, – вступил в разговор Нико, – мне кажется, не нужно нам обсуждать такие дела при волках.
