Джессика приобняла Аби за плечи. Новый опыт – Аби впервые сравнивали с братом, и это сравнение ей льстило. Чувство гордости наполнило Аби и придало ей уверенности.
Их вылет был назначен на шесть вечера, ближе к сумеркам, и в запасе у них оставалось еще полчаса. Мейлир и Дина ушли куда-то, возможно, обсудить последние детали, оставили их троих поговорить о насущных проблемах. Аби во второй раз отправилась в туалет по коридору зала вылета маленького аэродрома – волнение хорошо скачивало воду из организма – и увидела Мейлира и Дину – два силуэта на фоне стекла.
Дина стояла, прижавшись к груди Мейлира, ее голова под его подбородком, он одной рукой обнимал ее.
– Спасибо, – услышала Аби, Мейлир говорил тихо и нежно. – Ты – самое дорогое, что есть у меня в этом мире. Всегда была и будешь.
– Ничего не изменилось! – с жаром ответила Дина. – Сначала мы вытащим Люка. А потом восстановим тебя.
Дина приподнялась на цыпочках, обвила руками его шею и поцеловала. Мейлир рукой придерживал ее голову, и поцелуй не прерывался.
Аби отвернулась и ретировалась, придержав дверь, чтобы та не хлопнула и их не потревожила. Через пять минут она ее снова откроет, но уже шумно.
Равные – тема неоднозначная. С одной стороны, они – жестокие диктаторы, наделенные сверхъестественной силой. С другой стороны, ничто человеческое им не чуждо.
Когда все снова разместились в салоне вертолета, к Аби вернулось нервное напряжение и тошнота. Так же чувствовал себя Люк, когда играл в игры клуба, о которых рассказывала Рени? Раньше Аби думала, что смелость – это что-то безрассудное и немного глупое. Теперь она лучше понимала своего брата. Он делал то, что считал правильным, даже когда инстинкт самосохранения выражал яростный протест.
Догадается ли Люк, что они прибыли спасти его, и сможет ли им подыграть? Аби отчаянно надеялась, что рассудок брата не поврежден и он сразу все поймет. Но она помнила, в каком состоянии пребывал Собака, и допускала возможность, что спасители могут немного опоздать.
Аби посмотрела на маленький моток провода у нее на коленях. Она будет держать связь с оставшейся на берегу Рени на случай непредвиденной опасности. Все они будут слышать каждое слово друг друга.
Дина посадила вертолет. Вот он – Эйлеан-Дхочайс, Остров надежды. Аби, пока рылась в библиотеке, видела много его изображений: на старых в бурых пятнах акварелях, гравюрах, спутниковых снимках высокого разрешения, которые Тильда обнаружила в базе данных с ограниченным доступом.
Но Аби даже не предполагала, что в реальности он будет таким потрясающим. В лучах заходящего солнца озеро блестело и искрилось. Вытянутые в высоту узкие окна, отражая свет закатного солнца, походили на застывшие капли золотисто-красной крови на черной шкуре замка. Как такое красивое место могло стать вместилищем зла?
Они спрыгнули на землю, нырнули под вращавшиеся лопасти вертолета. Рени помахала им. Дина ворчала: невозможно ходить по вереску на излюбленных Боудой каблуках. Мейлир смеялся над ней.
На берегу озера ситуация не улучшилась, ее туфли тонули в мелком гравии. Но к этому времени Дина была уже Боудой Матраверс, и поэтому она ничего не сказала. Она остановилась, закрыла глаза, вытянула руки и…
Лодка оторвалась от дальнего берега и заскользила в их сторону. Причалила. После того, что Аби начиталась о водах Лох-нан-Деоира, она с радостью констатировала наличие крепких поручней на борту лодки. Несостоявшийся в ней студент-медик интересовался водой, имевшей свойство вызывать боль, но сейчас не было времени заниматься исследованиями.
Мейлир тяжело взобрался в лодку. Было ясно, что это путешествие стоило ему больших трудов. Тряска в вертолете, должно быть, усугубила его состояние. Трость колотилась о поручни, когда Мейлир обеими руками ухватился за них, пытаясь подняться на борт. Дина бросилась ему на помощь.
Лодка поплыла, Аби принялась рассматривать замок. Разумеется, она не ожидала в одном из окон увидеть Люка. Да и вряд ли это были окна. От осознания, что ее младший брат где-то там, так близко, сердце ее пело.
От кромки воды вверх вели ступени, Аби подняла голову и увидела две двери, манившие к себе. Обе были закрыты. Надпись над ними без очков она не могла прочитать, но из книг знала, она гласит: «omnes vulnerant, ultima necat».
«Каждый час жизни ранит, последний убивает».
Аби содрогнулась и начала крепить лодку. Дело оказалось для нее непривычным, но с этого момента Дина была Боудой, а Боуда Матраверс не могла так рисковать – сломать ноготь, выполняя работу слуг.
– Не забывайте, – прошептала Аби, когда пара высадилась. – Не заходите внутрь. Оставайтесь снаружи. Мы не знаем всей правды об этих дверях, не будем испытывать судьбу.
Они поднялись по ступенькам. Аби встала за скалистым выступом, который практически скрывал ее, но она отлично видела левую дверь. Аби коснулась пальцем наушника и услышала, как Рени прошептала: «Удачи!» – и еще едва улавливалось чье-то тяжелое дыхание, – должно быть, Тильда или Хильда следит за ними из Хайвителя.
