И о какой лжи они говорят? Лжи, которую Крован, по-видимому, разгадал?
– Мейлир? – Ангел повернулась к доку. – Что такое он говорит? Ты знал, что он не улетит в Лондон?
– Да, я допускал такую возможность. За лордом Араилтом закрепилась дурная слава, парламентарии знают, что он посещает заседание только один раз в год. И многим это очень нравится.
Невероятно, Джексон-Мейлир улыбнулся Кровану, словно они только что обменялись шутками. Крован в ответ хмыкнул. Что все это значит?
– Я не понимаю, – настаивала Ангел. – Зачем было так рисковать?
– Нет никакого риска. – Мейлир сжал ее руку, и только сейчас Люк заметил, что он держит трость. Он притворился больным и в любую минуту может ударить Крована тростью по голове. После чего они все убегут? – Мы просто стоим здесь и разговариваем.
– Длинный путь проделали для простого разговора, – отчеканил Крован. – Но боюсь, не могу пригласить вас на ужин, за столом не найдется двух лишних мест. Будем считать, вы впустую потратили свое время.
Дверь начала закрываться, но Мейлир остановил ее тростью.
– Ты же знаешь, что он невиновен. – Трость Мейлира распахнула дверь, и Люк снова увидел их.
Он хорошо помнил, из лодки вышли три человека. Но где же тогда этот третий? Это тоже Равный? Неужели, Сильюн Джардин?
– Если ты этого еще не нашел в его воспоминаниях, то найдешь. Его использовали, затем наложили акт Молчания. Мы полагаем, это сделал лорд Рикс. Люк невиновен. Отпусти его. Мы отвезем его в Лондон и, пока идет расследование, поместим под домашний арест в поместье Матраверсов, сестра Дины и лорд Джардин могут быть спокойны, что он не сбежит. Люк не преступник, он не может находиться здесь среди про́клятых.
– Боюсь, Мейлир, я не уполномочен принимать какие-либо решения на его счет.
– С каких пор ты стал придерживаться правил, Араилт? – спросила Ангел. – Люди, находящиеся в замке под твоей опекой, умирают, но ты месяцами никого об этом не уведомляешь. Человек, которого ты превратил в собаку за то, что он убил наследника Иварра и его семью, и которого Гипатия Верней таскала на поводке, сбежал после ее смерти в Кайнестоне. Будем считать, ты плохо сделал свою работу.
Эта новость поразила Люка, несмотря на охватившую его панику, потому что сейчас на пороге замка Крована решалось его будущее. Сильюн сдержал свое слово и освободил Собаку.
И Сильюн выполнит обещание, которое дал ему? При условии, что Люк не будет пытаться сбежать.
Но ведь это не побег. Это абсолютно законное освобождение.
– Мой ответ неизменен – нет, – сказал Крован, поддерживая странно вежливый тон разговора, как будто эти трое были друзьями и обсуждали, куда отправиться на ужин. Даже когда Равные люто ненавидят друг друга, между ними больше общего, чем у них с простолюдинами. – А теперь, пожалуйста, уходите.
Джексон и Ангел – Мейлир и Дина – не сдвинулись с места. Люк затаил дыхание.
– Давайте зайдем с другой стороны, – сказал Мейлир.
И он перешагнул порог – вошел в замок.
Девин, стоявший рядом с Люком, сорвался с места и исчез. Побежал за подкреплением, чтобы дать отпор Мейлиру? И вдруг раздался крик, кричали откуда-то с улицы:
– Нет, не заходите внутрь!
Люк узнал бы его среди миллиона голосов, но он должен был видеть ее, чтобы знать наверняка. Из-за плеча Мейлира показалась Аби.
Это она была тем третьим человеком.
Люк понятия не имел, как его сестра попала сюда в такой компании. Сильюн сказал, что ее вместе с родителями отправляют в Милмур. Получается, он просто обманул его? Аби должна быть за сотни миль отсюда. О чем думали Джексон и Ангел, когда брали ее с собой сюда?
– Люк!
Аби увидела брата и остановилась, будто от одного его вида остолбенела.
– Аби!
– Это ты… – Она замолчала на полуслове, осматривая Люка, как она это делала всю свою жизнь: после драк на детской площадке, когда он падал со своего скейтборда.
«Я в целости и сохранности, – хотелось крикнуть ему. – Удивительно, но я не замучен пытками до смерти. Хотя напуган до безумия. Спасибо, что пришла спасти меня. Родители тебя убьют».
Ничего этого Люк не сказал, но Аби кивнула и повернулась к Мейлиру:
– Не нужно было заходить. Мы не знаем, как эти двери работают.
– У нас нет вариантов, Абигайл. Мы надеялись, что он улетит, а он остался. Мы надеялись, он проявит здравый смысл, а он не проявил. Но можно еще кое-что попробовать. Идею ты сама подкинула, нашла ее в книгах о жизни и нравах мормэров. Я обсудил это с мамой, и она подтвердила, что все так и было. Как законные хозяева моря, Треско сами делали нечто подобное.
Мейлир твердо уперся тростью в пол и гордо поднял голову. За спиной у Люка произошло какое-то движение, но он не мог оторваться от сцены, разворачивавшейся у него перед глазами, и внимательно вслушивался в то, что говорил док.
– Я заявляю свое право на честный обмен. Я предлагаю себя на место Люка. Моя жизнь станет залогом моей доброй воли.
– Мейлир! Что такое ты говоришь?! – не скрывая тревоги, выкрикнула Дина.
