Он внезапно вторгся в Македонию и, хотя это был лишь набег ради добычи, овладел почти всей страной. Чуть не захватил без боя целое царство: вплоть до самой Эдессы он прошел, не встречая сопротивления, причем многие присоединялись к нему и вместе с ним выступали в поход.
Главное: вовремя остановиться. И даже более того… вовремя уйти. Возможно, даже убежать. Следить за Деметрием. Только за ним.
Опасность заставила Деметрия подняться и вернула ему силы, а его приближенные и военачальники, за короткий срок собрав большое войско, решительно и быстро двинулись навстречу Пирру.
Мы награбили достаточно. Деметрий жив и спешит с армией к нам. Пора. Уходим.
Пирр пустился в бегство, по дороге потеряв под ударами македонян часть своего войска.
В короткий срок сын Антигона легко изгнал эпирота из страны.
– Деметрий задумал большой поход, собрал стотысячное войско и снарядил флот из пятисот кораблей, чтобы вернуть себе отцовское царство. Поставив такую цель, он не желает ни тратить силы, сражаясь с Пирром, ни оставлять у границ Македонии такого опасного и докучного соседа, а потому, не имея возможности продолжать военные действия против Пирра, решил сперва заключить с ним мир, а затем обратиться против других царей.
– Нам нужен Пирр.
– Еще как нужен. Неужели Деметрий нас опередил.
– Этот безголовый эпирот! Как же он несвоевременно мирится! Все не так!!!
– Видя, что против Азии вскоре выступит такая огромная сила, какою после Александра не располагал еще никто, для борьбы с Деметрием объединились трое царей – Селевк, Птолемей, Лисимах. Все вместе они отправили посольство к Пирру, убеждая его ударить на Македонию и считать недействительным договор, которым Деметрий не ему, Пирру, дал обязательство воздерживаться от нападений, но себе присвоил право нападать на кого сам пожелает и выберет.
– Хе-ехе… Когда соглашение было заключено, а замыслы Деметрия и размеры подготовленных им сил стали известны всем, напуганные цари стали посылать к Пирру вестников и писать ему, что они, мол, удивляются, почему он упускает удобный для войны момент и ждет, когда такой момент представится Деметрию, почему не воспользуется возможностью изгнать его из Македонии, пока он занят делами и тесним со всех сторон, почему медлит, пока тот не развяжет себе руки и не умножит силы настолько, что молоссам придется сражаться на своей земле за святилища и могилы отцов: ведь враг уже отнял у него Керкиру вместе с женой. Дело в том, что Ланасса, часто упрекавшая Пирра за то, что он больше привязан к женам-варваркам, чем к ней, удалилась в Керкиру и, желая вступить в брак с другим царем, призвала Деметрия, который, как она знала, был более других царей охоч до женщин. Деметрий приплыл в Керкиру, сошелся с Ланассой и поставил в городе гарнизон.
И вот теперь эти придурки заплатят еще больше, чем Деметрий! Га-га-га!
– Как этот рогоносец умудрился подсунуть свое счастье нашему царю! Дурной-дурной, а хитрый!!!
Ланасса… какое счастье, что это счастье уже не у меня…
– Цари слали Пирру такие письма, но сами не теряя времени решили опередить Деметрия, и пока тот собирался и готовился, сами двинулись на него войной. Птолемей приплыл с большим флотом и стал подстрекать города к измене, а Лисимах, вторгшись из Фракии в Верхнюю Македонию, разорял ее.
– А что же Пирр?
– Они убедили его. Получилось несколько дороже, но овчинка в хозяйстве пригодилась. Одновременно с ними Пирр пошел на Верою, полагая – и совершенно справедливо, – что Деметрий, выступив против Лисимаха, оставил без защиты Нижнюю Македонию.
– Пирр!.. Пирр!..
Кто-то звал его… кто…
Он верил, что его зовет Александр Великий… только этот герой мог его позвать… только его он хотел увидеть в своем сне… никто ему был больше не нужен.
В общем, он отогнал всех остальных. Тех, кто не нужен. И пошел… куда-то пошел… зачем-то…
И, приблизившись, он увидел, что царь не в силах подняться с ложа, однако обращается к нему с ласковой и дружелюбной речью и обещает немедля помочь.
Как он и ожидал. В своем-то сне. А как же!
Наблюдая такое бессилие, удивившее его, хотя Пирр знал наверное, что тот, собственно, давненько скончался в страшных муках, но так прямо даже во сне было неприлично говорить, и он спросил: «Как ты, царь, сможешь помочь мне? Ведь ты болен!» – Александр находчиво ответил: «Одним моим именем» – и, сев верхом на откуда-то взявшегося нисейского коня, поехал впереди Пирра.
По сути, сон был удачный. И даже весьма.
Ободренный тогда этим Пирр проснулся. Для начала. Быстренько вкратце объяснил кому надо все по этому поводу и, не теряя времени, быстро прошел все расстояние до Берои, занял город и там остановился с большею частью войска, а остальные города захватили его полководцы.