— Добро. Тогда, я пока буду готовить почву, чтобы боярство единогласно поддержало меня на совете, — подумав о думных боярах, Аскольд переменился в лице, вспомнив, что-то неприятное. — Да, едва не забыл! Всеволодовичи упорно пропихивают свою дочь в Белый дворец. Из-за того, что мать набрала для Огнеславы окружение из боярских дочек, у меня даже повода нет отказать. Согласно статусу, их боярышня, должна быть первой в свите молодой княгини.
— Значит, скажи матери, пусть возьмет её. Предупредим Огнеславу, чтобы была осторожна, — без удовольствия произнес Горан.
— Это может быть опасно для нашей супруги. По слухам, сестра Елизара высокомерная и злобная девица, балуется заговорами и колдовством. А прочат её в самый ближний круг, чтобы жила во дворце при княгине.
— Елизар, не в пример отцу, послушен. Он трусоват и не желает большего, чем имеет. Такой глава рода нам выгоден, тем более мы всё ещё не знаем, сколько им известно о тайне обряда. Проявить благосклонность к нему сейчас лучшее, что можно сделать, — заметил брат. — Я присмотрю за его сестрицей, не думаю, что не смогу оградить Огнеславу от её влияния.
— Как скажешь. Тогда я велю принять её. Нескольких месяцев будет достаточно, чтобы выказать уважение Всеволодовичам, а потом я найду за кого её выдать замуж, чтобы быстрее спровадить из дворца.
За дверью библиотеки раздался приглушенный стук. Оба князя оглянулись. Возникшая у входа тень сообщила о скором появлении молодой княгини.
Когда Огнеслава вошла в библиотеку, куда её проводила Нежана, то впервые увидела братьев вместе, стоящими рядом друг с другом. На первый взгляд они были похожи, как две капли воды, как две половинки единого целого. Только одежды отличались.
Один с ног до головы одет в черное, с тонкой вышивкой серебром. Облачение второго, сверкает золотом на алом поверх белоснежной рубашки. Взгляд первого внимательный и глубокий с нескрываемой нежностью. Второй же смотрит холодно и насмешливо. Удивительно, как раньше не различала их, настолько они разные! Склонив голову в почтительном поклоне, она поприветствовала мужчин.
— Проходи, дорогая, — подал голос Аскольд. — Счастье тебе к лицу! Выглядишь краше, чем днем.
Огнеслава смутилась. Горан наградил брата предостерегающим взглядом. Аскольд только рассмеялся.
— Если я помешала, то могу прийти позже, — осторожно произнесла княгиня.
— Останься, — спокойно сказал Горан. — Не обращай внимания. Аскольд на самом деле не хотел, чтобы ты чувствовала себя неловко.
— Да брось! Она так забавно краснеет! — отмахнулся Аскольд. — Эх милая супруга, ты еще пожалеешь, что выбрала самого скучного и мрачного из нас!
Почувствовав, наконец, шаловливые нотки в голосе князя, Огнеслава улыбнулась. Столкнувшись сейчас с дерзким взглядом Аскольда, она вдруг подумала, что будь у неё старший брат, наверное, чувствовала бы себя примерно также рядом с ним. Горан же совсем другое дело, при одном только взгляде на него, сердце её сжималось, а кожа будто вспыхивала огнем.
— Присаживайся, не стой, — взглядом указал ей на кресло супруг. — Есть нечто важное, о чем тебе стоит узнать.
— Что-то случилось? — Огнеслава села.
— Ещё нет, но скоро случится, — подтвердил Аскольд, став серьезнее. — Через несколько дней в твоем окружении появится некая Беляна Мстиславовна.
— Племянница покойного боярина Светомила? — вспомнила имя девицы княгиня.
— Верно! Слышала о ней уже? — устроился в кресле напротив Аскольд.
— Видела. Они с братом были на приеме, когда я вернулась во дворец, — скромно призналась Огнеслава. — Беляна Мстиславовна очень настойчивая девица.
— Не то слово! — закатил глаза князь. — Как и вся её родня, впрочем.
— Она представляет опасность, — прервал их беседу Горан. — Тебе стоит быть очень осторожной при ней.
— Да. Девица, прямо скажем, не подарок, характер скверный имеет и колдует понемногу, — добавил Аскольд.
— Она ведьма? — удивилась Огнеслава.
— Мы не можем знать наверняка, вероятность исключать нельзя. Бояться не стоит, я буду рядом, — голос Горана звучал спокойно и уверенно.
— Ну и вторая новость, о которой тебе нужно знать, — подхватил Аскольд, — когда объявят, что я послал посольство, сватать царицу Мару сделай вид, что страдаешь, иначе матушка сразу заподозрит неладное.
— Царь-девицу?
— Да. Ты же не надеялась, что я буду вечно наблюдать за вашей с братом идиллией в одиночестве? — колко заметил князь.
— Нет. Конечно, нет… — она не вполне поняла, укор это или опять шутка, сказанная серьезно.
— Прекрати! — вздохнул, глядя на них сверху вниз Горан.
Огнеслава подняла на него растерянный взгляд и тут же ощутила, как волнение исчезает без следа. Аскольд сидел напротив, а Горан стоял за его спиной. Одинаковые лица, но разная суть.
— Я сделаю, как скажете, — не отрываясь от любимых глаз, произнесла она.
Аскольд покосился наверх и только головой покачал. Поднявшись, отошел в сторону.
— Полагаю, на сегодня, это всё, — заключил он, ловя на себе взгляды обоих. — За сим, разрешите откланяться, а то всё явственней ощущаю себя лишним здесь.
— Прошу прощения, — подскочила Огнеслава.
— Право слово, будто подглядываю!
