– Конечно. Это элементарно, подруга. У тебя же Луна в Водолее!.. Тебе пить категорически запрещено. Ты под этим делом… как бы это сказать…
– Что-о?..
– Скажем так, твоя социальная ответственность под воздействием алкоголя стремительно падает, – хихикает.
– В смысле? – нагибаюсь к Ленке. – Типа я шлюха, когда выпью?
Это, конечно, многое объясняет. Я в гороскопы эти не верю. Никакая астрология не наука, одно шарлатанство и выкачивание денег.
– Почему сразу шлюха? Какая ты грубая, Есения Адольфовна. Просто ты становишься распутной… Держишь нефритовые ворота незапертыми… Выгуливаешь кормилицу… Отправляешь шубку в химчистку…
Ленка серьезно округляет глаза.
– Понимаешь, о чем я?
– Господи, слава богу, дело не во мне, – выдыхаю с облегчением, приступая к остывшему сэндвичу.
Мне начинает нравиться астрология!
Первый урок в седьмом «А», как обычно, пролетает быстро. Ученики сонные, полуживые, поведение идеальное. Мой родной восьмой «Б» на этой неделе не дежурит, поэтому короткую перемену провожу, забившись с телефоном в самый темный уголок в учительской.
Пропущенные звонки от Саши решительно удаляю. А вот в мессенджере меня ждут целых три сообщения, отправленные утром с незнакомого номера. Заметив, что он заканчивается на сто двенадцать, качаю головой.
Очень оригинально, конечно!
Подумав, печатаю ответ:
Антон тут же отправляет ржущие смайлы. Затем загружает фотографию своей кухни. На столе красуется мой любимый чайник и кружка. Вокруг идеальная чистота.
Вот дурак!
Улыбаюсь.
Мозг еще не успевает подумать, а пальцы уже сами тянутся сохранить контакт. Вместо имени ввожу три смайла – два огонька и один ключик.
Следом – еще одна фотография. На этот раз Антон сделал селфи. Без футболки и с моей кружкой в руке. Улыбка у него, конечно, шикарная: зубы белоснежные и ровные. Одно расстройство для стоматолога.
Извращенец. Морщусь брезгливо и удаляю снимок, чтобы не приглядываться.
Как-то Ленке назойливый поклонник прислал дикпик. Я сейчас себя примерно так же мерзко чувствую.
Проверив беззвучный режим на телефоне, отправляюсь в кабинет. По пути здороваюсь с коллегами и учениками. После занятий проверяю тетради с домашними заданиями и готовлюсь к новым темам на завтра. Потом полчаса убеждаю завуча исправить учебное расписание. Почти каждый день у меня несколько окон между уроками, это напрягает.
Маргарита Степановна общается со мной как с ученицей старшего класса. Свысока и холодно.
– Милочка, как же я вам могу помочь? Учителей не хватает, кабинетов тоже. Приходится чем-то жертвовать.
– Моим временем?
– Все как-то относятся к этому с пониманием, – разводит она руками. – Возьмите еще пару пятых классов. И «окон» ваших в расписании не будет, и всем счастье.
– Нет. Вот такого счастья не надо, – мотаю головой и, так и не добившись результата, покидаю кабинет администрации.
Домой выезжаю поздно. Дождь, слава богу, закончился, но погода все равно оставляет желать лучшего: пасмурно, сыро и холодно. Так как попадаю в час-пик, получается еще и в пробке постоять.
Когда выхожу из автобуса на своей остановке, на улице уже темнеет.
Зайдя в квартиру, сначала пугаюсь, а потом расстраиваюсь. Ну что опять? Свет в ванной комнате и на кухне зажжен, в нос проникает аромат жареной картошки. Желудок скручивается от голода.
– Еся, – выглядывает Саша. – Ты пришла?
– Что ты здесь делаешь, Саш? – расстегивая пальто и скидывая ботинки, устало спрашиваю.
– А я жду-жду. Хотел уже за тобой ехать.
