Среди докладов, поступавших к нам от артиллерийских командиров, оказался один весьма интересный. Это произошло в полосе 90-й дивизии. Батарея старшего лейтенанта Павлова сопровождала пехоту, как говорится, огнем и колесами. Стреляли почти в упор — со 100–150 метров, так как дальше разглядеть что-либо мешал туман. Перекатили пушки через первую немецкую траншею, и тут разведчик старшина Обухов указал командиру на дверь в подземное укрытие. Они вскочили в яму, рывком распахнули дверь, швырнули гранату, вскочили внутрь. В дыму разглядели лежащих на полу и на койках гитлеровских офицеров. Никто из них убит не был, только раненые и просто напуганные взрывом. Впоследствии на допросе они показали, что собрались [164] на совещание — высшее командование уведомило командира 61-го пехотного полка 7-й пехотной дивизии, что назавтра, 15 января, утром ожидается крупное русское наступление. Выходит, что точную дату наступления войск 2-го Белорусского фронта вражеская разведка определить не смогла.
На том же участке артиллерийский разведчик ефрейтор Зубрилов, продвигаясь вместе с пехотой, тоже в траншее, в блиндаже, пленил пытавшегося спрятаться унтер-офицера. Были и другие пленные, и они подтвердили, что оборону перед нами занимают 7-я пехотная и 5-я легкопехотная дивизии{57}.
Ожесточенный бой завязался под населенным пунктом Дзержаново. Подразделения подполковника М. А. Карпенко и подполковника И. Ф. Рябко, из 90-й стрелковой дивизии, и приданный этому соединению противотанковый полк Л. М. Капустина взяли этот опорный пункт буквально штурмом, отбивая дом за домом и двор за двором. В боевой работе на прямой наводке особенно отличились сержанты В. И. Журавлев, А. Ф. Торошин, А. А. Сумкин, М. Ф. Ефимов. Они уничтожили много дзотов и других огневых точек и в конце концов выкурили гитлеровцев из опорного пункта. А сержант Л. М. Клишенко по своей инициативе провел танки в Дзержаново через минное поле. Смелый поступок — ведь был сильный туман, а он шел впереди и вел за собой танки.
Другая дивизия корпуса генерала Поленова — 46-я в это время вела столь же напряженный бой за вторую траншею противника и расположенные поблизости опорные пункты в северной части Глодово и в Госьцеево. 176-й стрелковый полк, точнее, его командир получил в свое распоряжение много танков и артиллерии и умело воспользовался этими средствами. Ему были непосредственно подчинены еще три полка — 888-й артиллерийский, 1476-й самоходно-артиллерийский и 94-й тяжелый танковый {58}. Когда красноармейцы залегли под огнем перед северной окраиной Глодово, вперед вышли самоходно-артиллерийские установки для стрельбы прямой наводкой. А дивизион гаубиц накрыл вновь выявленные огневые точки. Этот комбинированный огневой налет принудил врага к молчанию, бойцы, обходя опорный пункт, захватили третью траншею и стали переправляться через реку Пелта. Оставить опорный пункт противника далеко [165] за своим флангом, фактически в тылу, прикрывшись одной стрелковой ротой, — это было смелое решение.
В результате маневра стрелковый полк при мощной поддержке артиллерии и танков перерезал рокадное (проходящее вдоль линии фронта) шоссе от Чарностува на Пултуск, прорвал полностью первую оборонительную позицию фашистов и вышел ко второй позиции.
Южней Глодово было старое кладбище, каменную ограду и памятники которого фашисты тоже использовали для обороны. Кладбище было опутано колючей проволокой, его обороняли автоматчики, взвод пулеметов и батарея штурмовых орудий. 1-я стрелковая рота 588-го полка 142-й дивизии получила задачу сковать боем противника и дать возможность другим ротам обойти этот опорный пункт. То есть здесь осуществлялся примерно тот же маневр, что и 176-м полком 46-й дивизии. Поддерживала роту батарея 76-мм пушек. Командир взвода управления батареи лейтенант Зубарев пробрался с двумя разведчиками близко к кладбищу и, давая по рации целеуказания и корректируя артогонь, помог сломить сопротивление фашистов. Они пытались отойти по дороге к деревне Глодово, но с помощью того же лейтенанта Зубарева были накрыты артогнем и уничтожены.
В то же время главные силы 588-го полка, обойдя этот опорный пункт, вели уже бой за третью вражескую траншею и крупный опорный пункт в деревне Тшцинец. Все командиры батарей 334-го артполка находились в стрелковой цепи вместе с командирами рот, поэтому их заявки исполнялись немедленно. Управление боем со стороны противника было нарушено метким артогнем, стрелки ворвались в Тшцинец, захватив в исправности две батареи полковых минометов.
Надо сказать, что в первой половине дня и вплоть до двух часов организованного артиллерийского огня противника нигде не было. Вели огонь лишь отдельные орудия. Приведу здесь некоторые из радиограмм, перехваченных у противника нашими радистами. Они дают представление о том, что происходило в стане врага в первой половине дня 14 января.
11 часов 30 минут. «Блиндажи разбиты. Положение тяжелое. Первая траншея занята противником. Что делать? Что делать?»
