Когда он был на встрече преданных Саи Бабы в Хоумбуше, пригороде Сиднея, он познакомился с д-ром Дэви, женой известного врача-анестезиолога Сары Павана. В один из вечеров д-р Дэви сказала, что на следующий день собирается посетить пансионат для душевнобольных и приглашает поехать с ней всех желающих. Вызвался ехать один человек, и это был д-р Рон Фармер. Он даже и думать не мог, что в этом приюте произойдет самое важное событие в его личной жизни. К концу первого дня его посещения заведующая приютом сказала, что хотела бы представить его психологу-клиницисту, постоянно здесь работающему. У Рона не было большого желания знакомиться с этим психологом. Все люди этой профессии, с кем ему доводилось встречаться последние годы, не проявляли никакого интереса ни к аспектам Божественного, ни к духовной жизни вообще. Поэтому он нашел предлог, чтобы избежать знакомства, извинился и ушел. Однако сам приют его очень заинтересовал, и скоро он снова пришел туда. В этот раз заведующая сказала: «Я рассказала о вас нашему психологу, и ей очень хочется познакомиться с вами». Рону неловко было отказываться во второй раз, и он послушно поднялся наверх вместе с заведующей. Она привела его в клинику и представила темноглазой улыбающейся Свонни. У него тут же возникло чувство, что произойдет нечто важное, нечто необъяснимое. Никогда раньше при первой встрече с человеком он не испытывал ничего подобного. Это неведомое чувство, говорил он, предвещало глубокий покой, и он захотел увидеть ее вновь. Когда Свонни потом спросили, что она ощущала при первой встрече, она сказала: «У него было такое печальное лицо, что мне очень захотелось сделать его счастливым». Они стали часто встречаться, обычно за ланчем. Их объединяло то, что оба они при лечении своих больных основывались на духовных принципах. Прошло немного времени, и их чувства друг к другу переросли в нечто более важное, чем общность академических интересов. Это была любовь, такая любовь, которая, заключая в себе и романтическое чувство, выходит далеко за его пределы. Это истинная любовь, возможная лишь в единении душ, которая оберегает и разделяет все с другим.
После того как они поженились, Свонни стала часто видеть сны о Свами, что вслед за Роном привело ее на путь Саи. Они были женаты уже три года, успешно работая в области клинической психологии, когда звон колокола возвестил о новой главе в их жизни. Колоколом в данном случае послужил телефонный звонок в их доме, раздавшийся около 8-ми вечера. Рон подошел к телефону, и на другом конце линии голос молодого человека произнес: «Вы меня не знаете. Меня зовут Джон Фицджеральд. У меня очень много денег, и я хочу помочь бездомным детям, но не знаю, с чего начать». На несколько секунд трубка замолчала, но потом голос продолжал: «Один мой друг, мой архитектор, водил своего сына на одно из ваших собраний. Разговор там шел и о человеческих ценностях, и он сказал мне, что вы и ваша жена — те люди, которые лучше всех во всей Австралии могли бы помочь мне в моем начинании». Затем Джон Фицджеральд попросил их зайти как можно скорее к нему в офис на Золотом берегу, если их заинтересовало его предложение. Рон ответил, что они со Свонни собираются на Золотой берег на следующей неделе и будут рады зайти и поговорить с ним. Вернувшись к Свонни, Рон сказал: «Я говорил с молодым человеком из Квинсленда. Он или сумасшедший, или очень мудрый». Он передал ей суть телефонного разговора, и оба решили, что зайдут к Джону в Квинсленде, куда поедут на следующей неделе по своим делам. И вот, явившись в условленное время, они сидят в офисе Джона Фицджеральда и слушают его филантропические мечтания. Их обоих поразили слова Джона: «Бог дал мне способность делать миллионы, и я должен использовать ее, совершая божьи дела». Беседа длилась три часа, и в конце ее Свонни уже стала его партнером по карма-йоге, которую Джон намеревался осуществить. Свонни так уверовала в их нового друга, что согласилась, по его просьбе, оставить свою работу и посвятить все время проекту Джона. Рон, тоже проникшийся полным доверием к Джону, всем сердцем одобрил этот шаг. Так было положено начало этому благому союзу.
Теперь мне хотелось бы сообщить некоторые факты из жизни Свонни, которая принадлежит к тем редким людям, которые светятся внутренней красотой, придающей особую красоту внешнему облику. Я думаю, она из тех людей, к кому Шекспир обращает слова: «Свершай дела благие, а не предавайся мечтам о них, тогда сольешь ты в одну великую и сладостную песнь и жизнь, и смерть, и вечность».
