Одной рукой придержал ее за бедро, а второй направил освобожденный член внутрь нее. Она на мгновение замерла, чтобы тут же с силой насадиться на него.
Крепко сжал зубы. Едва не кончив от первого проникновения. Надо отвлечься иначе он не продержится и минуты. Замер, чувствуя, как она нетерпеливо ерзает на нем.
— Подожди, хорошая моя. Или я не удержусь и кончу прямо сейчас.
Послушалась.
Вспомнил по пунктам свою должностную инструкцию. Вроде отлегло.
Посмотрел на нее. Взмокшая и растрепанная, с закрытыми глазами и лихорадочным румянцем на щеках. Губы припухли и горят от глубоких поцелуев и покусываний.
Настойчиво впился пальцами в ее талию, мысленно предупреждая «не отпущу» и сильнее насадил ее на себя, прорычав:
— Хочу видеть твои глаза, пока трахаю тебя! Смотри на меня, Юля!
Взгляд в упор ее молчаливый ответ, в нем сейчас такой коктейль из эмоций, что пах простреливает с новой силой. Приходится, сцепив зубы прикладывать усилия, чтобы снизить градус эмоций. От одного этого взгляда можно спустить глубоко внутрь нее.
Энн!!!
Приподнял ее бедра так, чтобы полностью выйти. И снова вошел, по самые яйца, наблюдая за тем, как темнеют ее глаза. Она всхлипывает и стонет ему в губы, но взгляд держит, не отводит. Умница! Вышел и снова вошел, быстро, сильно.
Закусила нижнюю губу и с силой подмахивает бедрами в такт его лихорадочным движениям. О да, Юля! Вот так! Поработай вместе со мной девочка, занятия любовью это парный танец, тут нет места ложной скромности, и моральным терзаниям. Мы с тобой идеальная пара, это признала эрра, это признал я. Твоя очередь признать это. Добавил к мощным движениям члена палец, смоченный в ее соках, рисуя на чувствительном комочке клитора круговые движения. Давай девочка, хочу снова почувствовать, как потрясающе ты кончаешь.
— Держись за меня, — слова рубленные, терпение на исходе, и сбитое дыхание. Ее реакция последовала тут же, и ее руки уже крепко сжимаются на его плечах. Он работает членом как тараном на сверх звуковой, внутрь-внутрь-внутрь, наружу. внутрь-внутрь-внутрь, и снова. Скоро задымится от накала страсти. Он готов!
Сдерживаться больше нет сил! В груди рождается рев. — Давай, Юль! Сейчас!
И она кончает, распускается и пульсирует в месте их соединения, массирует, выдаивает его до основания. О да! Это еще лучше, чем он запомнил! Похоронить бы себя там навеки! Крепко прижимает ее к себе, кладет голову ей на плечо и выдыхает в хрупкую шею с бешено бьющейся жилкой.
— Я скучал, — для грозного независимого эррианца это не простое признание, это огромный шаг навстречу.
Что я натворила?! Как вышло, что я так быстро сдалась? Задаю себе эти вопросы, медленно приходя в себя. Сижу сверху на Дэйме, он до сих пор во мне, еще немного и новый раунд. Не смогу ему отказать. Хуже. Не смогу отказать себе.
Напоминаю себе кошку. готовую мурлыкать от того, что ее покормили. Надо остановиться. Вот только где взять сил, чтобы отлипнуть от него?
Слышу звук поворачиваемого ключа в двери. Черт, Сергей! А мы тут…
Кубарем слетаю с него, поправляя сбившиеся в сторону шорты непослушными пальцами. Как я могла о нем забыть, а если бы он пришел немного раньше? Щеки тут же опаляет румянец.
— Прикройся, если не хочешь быть застуканным в неприличном виде, — успеваю проговорить прежде, чем нижний замок на двери открывается, и в лофт заходит мой телохранитель, с полными пакетами снеди в руках.
— Это что еще за хмырь? — слышу возмущенный голос сзади.
— Это мой телохранитель, — тихо, чтобы слышал только Дэйм.
И нахмурившемуся Сергею. — Все в порядке, Сергей! Спасибо вам большое, вы свободны! Сегодня вы мне не понадобитесь.
Он ставит пакеты на пол, разворачивается и уходит, тихо прикрывая за собой дверь.
Стыдно-то как. Поворачиваюсь назад, и вижу Дэйма, он прикрылся, но весь его вид просто кричит о сексе, на полу его сброшенная куртка и еще очень много мелких деталей указывающих на то, свидетелем чего едва не стал мой охранник. Это меня моментально отрезвляет.
Дэйм хмыкнул. Хлопает себя по колену, показывая каких действий ждет от меня. Но я уже разорвала порочный круг, выпуталась из его паутины. А потому упрямо мотаю головой, больше не позволю эмоциям взять верх над разумом. Он хмурится. Время потеряно.
Пора поговорить начистоту, — Кто я для тебя, Дэйм Эйрис? Инкубатор для твоего ребенка? Постельная игрушка? Или бездушная, бессловесная кукла, мнением которой всегда можно пренебречь? К кому из этих трех категорий ты меня относишь? Или есть, что-то еще? — упрямо хмурю брови, смотря на него в упор.
— Так, кто я для тебя?
Непродопжительное молчание, и одно короткое слово в ответ. — Поехали!
Конспираторы блин.
