А картошки то у меня и нет, тяжело вздохнула я. Правда одежду и документы мне вернули, балетку тоже. А вот нож, веревку и спички забрали. Так же как и бутылку и да… картошку. Если по поводу ножа, веревки и спичек у меня не было сомнений, то зачем им полупустая бутылка и картошка? Этого я так и не смогла себе представить.
Попыталась отвлечься, вспоминая смешные анекдоты. Получалось так себе.
Вскоре мы бесшумно приземлились, «неподалеку от бункера» отметило мое сознание, и я встрепенулась. Смотреть на ррана Эйриса, мне было по прежнему стыдно. Когда он подошел ко мне, я вжалась в спинку сидения, пытаясь под него мимикрировать.
— Руку дай! — в своей манере прорычал тигро-кабель. Прозвучало это, как требование отдать ему как минимум почку, или вообще все внутренние органы разом. И что ж так страшно-то, а? Я инстинктивно прижала обе руки к груди. Мои руки мне еще дороги! Не только как память!
Он насильно перехватил мою правую руку за запястье, и на нем тут же щелкнула застежка довольно массивного браслета. Дальше он стал нажимать комбинацию каких-то символов на его матовой поверхности. Браслет в ответ начал светиться мягким синим светом.
Красиво, подумалось мне перед тем, как он припечатал мою руку к стене флайса.
Я дернула руку раз, другой. Без толку, она словно намертво примагниченная оставалась на одном месте.
Мои глаза стали квадратными, это… Это что сейчас было? Меня что наручниками к месту приковали, как преступника какого-то?
— Не старайся, снять не получится, — прозвучало едкое. — Как впрочем, и двинуться с места.
Я с возмущением посмотрела наверх.
— Что? — приподнялась в издевке широкая бровь. — У меня больше нет желания за тобой бегать. Мог конечно, оставить тебя заблокированной во флайсе…
Замолчал словно всерьез задумался над этой мыслью и в моих глазах вспыхнула надежда.
— Но не буду, не хватало еще, чтоб ты мне все настройки флайса сбила. — жестко закончил он фразу, направляясь к выходу.
— Р-р-р-р-р ненавижу, урод! Ну, какой же ты все-таки урод! — прокричала ему вслед.
Из принципа начала дергать зажатой в браслет рукой. после примерно десятой попытки браслет пикнул и сжался на запястье, не сильно, но причиняя заметные неудобства. Дернула головой, делая резкий выдох, намек понят «будешь дергаться, сделаю больно!» А-а-а-а-а, уроды, какие же они все уроды!
А я тоже, красивый браслетик, сюси-пуси. Из их рук, можно только какую-нибудь мерзость «в подарок» получить или яд.
Вскоре я поняла, что психовать, и беситься не имеет смысла, поседею раньше.
Чтобы отвлечься от невеселых мыслей попыталась разглядеть пейзаж за окном. Но толи он на что-то нажал пр выходе, толи на улицу опустилась кромешная тьма, и не работал ни один фонарь, разглядеть я так ничего и не смогла. Кажется, и впрямь стекла флайса стали непрозрачными.
Где-то спустя пятнадцать минут сидения в неудобной позе я поняла, что у меня возникла очередная проблема. Очень захотелось в туалет. Закатила к потолку глаза и стала ритмично биться головой о спинку кресла. Вот сейчас как помечу ему всю территорию вокруг, будет знать! Живо себе представила его реакцию и хихикнула себе под нос. Так и скажу: «А нефиг меня закрывать было!»
Сколько просидела во флайсе не знаю. Хорошо, что освещение внутри есть. Плохо, что даже не могу прилечь, чтобы попытаться немного подремать, чтобы отвлечься и немного ослабить давление на мочевой пузырь.
Вскоре я уже вовсю развлекалась тем, что заворачивала ноги во всевозможные узлы, и попискивала от нетерпения, в надежде удержать в себе накопившуюся за день жидкость.
Поэтому когда он таки открыл двери флайса, я резко вскочила, но из-за наручника меня перекосило на один бок.
Заметив мои телодвижения, ррэн Эйрис заломил бровь.
— Какое нетерпение! Неужели так рада меня видеть?
Р-р-р-р-р, потом Юля, все потом.
— Очень в туалет хочется! — пропищала в ответ.
Уже не до смущения, лишь бы у него на глазах не опростоволоситься.
— До корабля потерпишь! — он отвернулся от меня, делая шаг в сторону панели управления флайсом, и жестко ставя точку в нашем диалоге.
Ну, ррэн мать твою Эйрис, ну сволочь!
Меня прорвало.
— В тебе хоть капля человечности есть? На мне до сих пор влажная одежда, потому что я попала под дождь, я вся грязная и пыльная от бесконечных валяний на земле.
Я не успела переодеться и поесть потому, что кому-то приспичило побыстрее меня забрать. Думаешь, я просто так оказалась на том поле? Да я не ела ничего уже почти двое суток, не считая пятидесяти грамм прокисшего творога вчерашним утром, и трех мелких яблок сорванных с чужого дерева вместо обеда. Я выкопала пол мешка зеленого картофеля, потому что есть, хотелось, но было нечего. Потому, что вы лишили нас возможности питаться тем, что мы хотим. У меня отобрали воду без объяснения причин, меня отправляли в нокаут и загоняли на верхотуру. И я не имела, черт тебя подери, возможности сходить сегодня в туалет, так как если ты не заметил, у меня был сегодня чертовски напряженный день, — последние слова я буквально прорычала.
