Слабое звено. — Ага, с глушителем, — радостно констатировал Марцель и уставился туристу прямо в глаза. Тот и бровью не повёл, по-прежнему не понимая, как влип. Фермер отступил ещё на полшага назад, и в голове у него мелькнуло что-то на тему критического расстояния для воздействия и пределы для одновременных воздействий. «Так вы все-таки от Блау?» «Конечно! От кого же еще?»
«Ну, и чем я провинился?» Марцель спрашивал, но уже знал ответ. «Проверка лояльности, для меня, и проверка адекватности». «Господин Шванг, вам следует пройти с нами», — произнес наконец фермер, мгновенно обменявшись взглядами с напарником и подав ему знак выжидать. Не пытайтесь воспользоваться своими возможностями. Ситуация находится полностью под нашим контролем.
Но если вы будете в точности выполнять указания, вам ничего не угрожает. Гер Блау по-прежнему крайне заинтересован в сотрудничестве с вами. Мы просто хотим узнать кое-что о господине-стратеге, так как ход расследования вызывает у Гера Блау вопросы. Выжать из Шелтона информацию, устранить его, забрать телепата с собой. Это промелькнуло в чужом разуме за долю секунды, и этого оказалось достаточно, чтобы Марцель принял решение.
Инстинкты вскинулись на дыбы. Марцель, удерживая взгляд туриста, коротко хмыкнул. — Зря надеешься на правила двадцати метров. Ты уже мой. Убийца на секунду испугался, по-настоящему, да и коты, и пусть сразу задавил этот позорный приступ, но разум дал слабину. Марцель ухватила. Фермер успел что-то понять и попытаться защититься, выхватил пистолет, выстрелил, но турист марионеткой на веревочках шатнулся вбок, закрывая марцеля от пули.
Рефлексы одного боевика сыграли против другого. По белой-белой футболке растеклось красное пятно. Второй выстрел фермер сделать не успел. Турист резко вывернул ему руку с холодной жестокостью человека, терять которому нечего, и всей массой прижал к земле. — А вы, правда, профессионалы, — поморщился Марцель, массируя виски. Ощущение лёгкости и всемогущества пока ещё плескалось в крови, но он знал, что это ненадолго.
Две-три минуты, потом неизбежный приступ мигрени. — О чём ты думаешь, а? — он присел на корточке и заглянул фермеру в лицо. — А-а-а, устойчивость к гипнозу, и напарник, который подстраховывает, правила двадцати метров, медитация. «Поплачьте, ребята, вам слили дизу. И скажите спасибо Блау за хорошую подготовку.
Да, кстати, идея увезти меня куда-то силой или угрозами — фуфло. Телепатые зверьки свободолюбивые, мы куда-то насильно транспортируемся только в виде трупов, ну или под наркотой». «Я запомню», — прохрипел фермер. «Я не позволю», — ласково улыбнулся Марцель и вытянул руки. Одну подсунул под живот туристу, раздирая рану, а другую положил на лоб фермеру.
Ты ведь недолюбливал своего напарника, да? Ого! Даже Блау просил дать тебе другого человечка. И сейчас подставил его. Думал, он умрет один? Не-а. Ты будешь слушать его смерть, — зловеще прошептал Марцель, делая страшные глаза. — Ты ведь убийца, да? А убийца должен знать, что чувствуют люди, когда умирают.
Ага. А пока ты будешь в шоке от избытка впечатлений, я тихонько выпотрошу твои якобы натренированные мозги. И никакая концентрация не поможет. Первые шестнадцать секунд фермер стоически терпел. Потом у него посинели и задрожали губы, потом закатились глаза, стали видны одни белки. А когда турист обмяк, сознание наконец-то не выдержало. «А ты как думал, дружок?»
пробормотал Марцель, машинально вытирая испачканную кровью руку об джинсы. Горло подкатывала тошнота, но сейчас это было нормально. Обычная реакция на слишком глубокое сопереживание чужой смерти. Хотелось болтать безумолку, чтобы заполнить вакуум внутри. И неважно, что один из противников был мёртв, другой в глубоком обмороке, арут могла только сильнее испугаться и натворить глупостей. Умирать очень страшно и очень пусто.
Не волнуйся, в первый раз я тоже отключился, наверное. Воздух звенел от тишины, волнами накатывала головная боль. — Рут! — тихонько окликнул Марцель, подавляя желание сжаться в комок и забиться куда-нибудь в темный угол. Информация, вытащенная из мозгов фермера, словно распирала череп. — Рут! Ты мне нужна! — Да. Подойди, пожалуйста. — Пруд.
Из-за вражка монахиня выползла на четвереньках, но быстро совладала с собой и встала на ноги. Платок так и остался где-то в кустах. Черные от страха глаза, белое лицо. — Ты не бойся, — улыбнулся Марцель и убрал с лица мешающую прядь. Щеку захолодило. На пальцах еще оставалась кровь. Марцель лихорадочно потер лицо по долам футболки, но сделал только хуже. Футболка тоже была перепачкана.
Ну, что ты смотришь так, как на монстра? Они меня убить хотели. То есть, не меня и не сразу убить, но потом задание… Он запнулся и подполз крут, глядя снизу вверх. — Пожалуйста, сходи в город и позови Шелтона. Он дома у Вальцев, на втором этаже. Только никому ничего не говори. — Ой, ты же молчишь. Не зови полицию, в общем.
