Информацию внушишь ему из этого файла, — уточнил Шелтон, развернув к напарнику ноутбук. — О трупе Хавок должен позаботиться сам. С Блау он будет связываться завтра, а в Шельдорф уедет через восемь дней. Это основной слой внушения. На подсознательном сделай установку на убийство Блао двадцать четвертого сентября, если Хавок будет к тому времени жив.
Ни хрена ж себе! — присвистнул Марцель. — И давно ты об этом подумывал? — Девять лет. — нехорошо усмехнулся Шелтон. — Действуй. Я пока кое с кем переговорю и скину на флешку компромат на одного стукача из группировки. Жаль, информатором он был неплохим. Но теперь придется от него избавиться. Руками блау. А потом пойдем покупать тебе новый мобильник.
Хочу желтый, с безрамочным экраном и чтоб заряд держал долго. Подсуетился Марцель и, спихнув труб в сторону, уселся фермеру на грудь, расстегивая по ходу рубашку. — Ага, сейчас будет контакт. — Слушай, голова просто раскалывается. Подлатаешь потом? — Когда завершишь работу, хотя, возможно, тебе лучше будет просто поспать. Шелтон бросил на него взгляд искоса.
Никогда не задумывался о том, почему раньше у тебя не было головных болей после применения способностей. — Нет, — буркнул Марцель, — и вообще, может, они и были. Просто я не помню. Я же себя почти не осознавал, не отделял от других людей. — Прекрасно осознавал, — возразил Шелтон, — только несколько иначе. Головные боли — это твой рефлекс-шванг. Ты сам себя запрограммировал на них.
А вот зачем, подумай. — Не хочу, голова болит. Марцель помолчал. — А ты как думаешь? — Это стоп-сигнал, — спокойно ответил Шелтон. — Ты пока не готов справляться со всем объемом своих возможностей. И как только они выходят за пределы того, что ты можешь контролировать, включается боль. «Всё, больше ничего не говорю. Просто вспомни Ирен, психушку, и сам поймёшь».
Марцель прижал руки к груди фермера, глубоко вздохнул. «Потом вспомню. Ладно, я начинаю. Последи за окрестностями». И провалился в чужой разум. В город они возвращались уже ближе к вечеру. Марцель не только всю минералку вылакал, но и на Шелтона успел наворчать за то, что тот мало воды захватил. Усталость несколько притупила головную боль, но теперь мало того, что в глазах двоилось, так еще и ноги заплетались.
— Я выгляжу пьяным, — пожаловался Марцель, обвисая у напарника на локте. — Уже не в первый раз, так что этим ты никого не удивишь и не шокируешь. — Ну, успокоил. — Тебе нужно обрабатывать рот, — сухо напомнил Шелтон. — Впрочем, ты сегодня в целом хорошо поработал. Судя по всему, Хавок легенду принял полностью, и накладок не будет.
Осталось только проверить завтра, как он справился с трупом. — Как-нибудь справился, профи всё-таки, — угрюмо отозвался Марцель, оглядываясь на витрину кафе Линденов. — Слушай, а купи мне апельсиновый сок, она ведь делает напитки на вынос, жуть как хочется. Шилтон остановился, заглянул в сумку, удостоверился, что взял бумажник с собой и кивнул. — Хорошо, тогда горячий шоколад выпьешь на ночь, а сейчас перед манипуляциями с Рут освежишься соком.
Кстати, можем сегодня взять какую-нибудь еду на дом, раз уж я собираюсь покупать сок на вынос. Честно говоря, не могу смотреть уже на стряпню Гретты. Слишком жирно и плотно. Сознался он неожиданно. А Анна неплохо готовит овощные рагу. — Да бери, что хочешь, — вяло помахал рукой Марцель. При одной мысли об ужине начинала мутить.
Заодно и поболтаешь со своей Анной. А ты уверен, что Рут не проснулась? — Вот и проверишь заодно, — посоветовал Шелтон и слегка подтолкнул напарника в спину. — Иди уже, придурок. — Ты не спеши особо, ладно? Я могу Рут сначала обработать, а потом уже будет и сок, и пиво, и нормальный ужин. — И мне возьми пиццу, а не овощную хрень! — крикнул Марцель, отбежав на безопасное расстояние.
Шелтон предсказуемо сделал вид что ничего не услышал ну и ладно так даже лучше не будешь мешаться разобраться срут хотелось без лишних глаз у вальцев марцелю сперва показалось что шелтон на всякий случай усыпил и хозяев дома, но потом телепат расслышал бормотание телевизора в гостиной и мысленные голоса умиротворенные слегка скучающие и на цыпочках поднимаясь по лестнице
внезапно осознал, что абстрактная радость по поводу отсутствия напарника при разбирательствах с монахиней потихоньку перерастает во вполне конкретную идею. Разумеется, Рут спала на его кровати. Разуть монахиню Шелтон то ли не догадался, то ли поленился, но измазанные землей ботинки порядочно запачкали покрывало. Марцель ощутил мимолетный приступ раздражения. — Да, это кто тут придурок, надо посмотреть.
«Рут, просыпайся!», — он тронул монахиню за плечо, ноль внимания. — А, ладно, попробуем по-другому. От мысленного оклика Рут очнулась сразу. Резко села на кровати, едва не врезавшись в склонившегося над ней марцелялбом, испуганно обернулась к окну, к прикрытой двери, снова к окну. Паника начала подниматься океанской волной с привкусом подступающих слез.
