Он помог жене подняться на ноги, вместе они одолели последнее окно и снова вышли на крыльцо. Весь настил был засыпан мерзлым крошевом, а половицы двух ступеней выдавило из гнезд. Гигантская ледяная махина теперь находилась всего лишь в каких-нибудь пятистах метрах от дома, и на таком расстоянии ее размеры казались поистине устрашающими. Повеяло нечеловеческим холодом, словно их настигло само дыхание ледяной горы – дыхание смерти из разверстой пасти доисторического чудовища, готового всех сожрать, монстра, против которого они бессильны…
По-прежнему задувал сильный ветер, но в доме это не ощущалось. Высоченная стена синего льда продолжала медленно вращаться в сторону, противоположную от дома, и вожделенный туннель отдалялся все сильнее.
– Думаешь, у нас получится? – шепнула МэриРоуз, не сводя глаз с айсберга.
– Туннель довольно большой… Нам бы только чуть больше времени, – промолвил Грейпс, крепко обнимая жену за талию.
Дом трещал все сильнее. Вокруг скалы разлетались куски льда, а айсберг гнал перед собой волны и устраивал водовороты. Гарольд понимал, что в случае столкновения еще с одной льдиной они не пройдут через туннель, а разобьются о его стены. На план «Б» времени уже не хватало.
До неизбежного сближения оставалось сто метров… восемьдесят… пятьдесят… Шестым чувством Гарольд заметил, что дом меняет курс. Им бы следовало повернуть еще на несколько градусов, чтобы оказаться точно напротив прохода, но на таком мизерном расстоянии это уже не представлялось возможным. Сорок… тридцать пять… тридцать… И тут произошло то, чего он так опасался: огромная льдина наткнулась на скалу и направление их движения резко сменилось. Гарольд ухватился за Мэри-Роуз, распахнул входную дверь, и пока они изо всех сил цеплялись за лестничные перила, гигантский айсберг столкнулся с домом.
Левая стена дома впечаталась в стену айсберга с той стороны, где находился грот. От удара оконные стекла взорвались и разлетелись, как осколки снаряда. Дом вздрогнул, а верхняя часть туннеля покрылась сеткой голубоватых трещин. С боков айсберга начали обваливаться куски льда, метеоритным дождем усеяв поверхность моря. Некоторые льдины падали буквально в паре сантиметров от стен жилища, поднимая фонтаны замерзшей воды; другие атаковали крышу, калеча кровлю. Дом, намертво прицепившись к ледяной стене, теперь двигался назад, увлекаемый колоссальной мощью поступательного движения айсберга. Перед кромкой скалы взбух огромный бурун, захлестнув фасад и заливая пол через разбитые окна. В этот момент раздался ужасающий треск, эхом отразившись в туннеле, и стена айсберга обрушилась, открывая гигантский проход. Дыхание вечной мерзлоты сковало, казалось, весь мир, и дом медленно и неуклюже заскользил в глубины ледяного чрева.
Проникавший сквозь тонны спрессованного льда свет окрасил все вокруг жемчужной синевой. Оглушительный шум моря доносился сюда лишь слабым журчанием. Гладко отполированные своды галереи, как гигантское кривое зеркало, на миг отразили проплывающий дом как раз перед тем, как правым боком он наткнулся на противоположный край прохода. Кусок скалы в этом месте был шире и погасил часть удара, но торчащий из прозрачной стены острый сапфирово-синий выступ задел фасад. Деревянное строение закачалось, и, пока ледяной кинжал обдирал желтую обшивку, в своде галереи обозначился похожий на шрам разлом, который на глазах расширялся. В конце концов под давлением фасада лед проломился и дом по инерции рванулся вперед.
Гигантские заостренные льдины, заполнявшие проем, звенели, трещали и испускали облачка пушистого инея, зависавшие в воздухе морозным туманом. По мере вращения айсберга солнечный свет бледнел, оборачиваясь голубоватыми сумерками. Холод вступал в свои права и проникал даже в самые незаметные щелки жилища, замораживая воду, разлитую по полу в столовой, гостиной и коридорах.
Дом вновь наткнулся на стену туннеля; огромный кусок льда рухнул в нескольких метрах от стены, и поднявшаяся высоченная волна безжалостно тряхнула постройку. Проход в недрах айсберга превратился в стремнину, бурлившую водоворотами от упавших ледяных глыб. Своды галереи на глазах начали осыпаться, усеивая поверхность воды и черепичную кровлю острыми, как копья, льдинами.
Внезапно в нескольких метрах забрезжил выход из туннеля. Айсберг продолжал свое неуклонное вращение, и свет вновь обрел силу. Он прыгал солнечными зайчиками по стенам и зажигал прихотливые сверкающие блики на поверхности воды. До открытого моря оставалась всего пара метров, когда скала под домом наткнулась на ледяной выступ, разрушив его. Вода жадно проглотила отвалившуюся глыбу, а возникшей при этом волной дом откинуло назад, вглубь галереи. Трещина в своде стремительно расширялась; по бокам зазмеились все более и более глубокие щели, соединяясь между собой и постепенно покрывая кракелюром стены туннеля.
И в это мгновение раздался оглушительный скрежет, раскатившийся гулким эхом по галерее.