Несмотря на творившийся вокруг хаос, на призыв двигаться мое тело отвечало отказом. В горле растаял тошнотворный комок, но особо лучше от этого я себя ощущать не стал. В висках стучало, отдавая сильной болью по всему корпусу, а сознание отказывалось адекватно воспринимать происходящее. Впрочем, грохнувшая в дюймах от меня и оставившая в камне глубокую выбоину молния послужила неплохим импульсом к действию, и мне все же удалось, пускай и приложив недюжие усилия, опираясь рукой о стену, подняться на ноги.
Всполошенный кристалл сейчас, не смущаясь тяготением, парил в воздухе в ярде над землей, вращаясь и то и дело заходясь новыми золотыми вспышками. От сферы исходил поток такой невероятной мощи, что, казалось, стоит ей еще немного поднатужиться, как она сотрет мои кости в порошок. Эта незримая сила давила на меня, ударяла, подобно штормовым волнам, вынуждая мученически стенать суставы, закипать и колотить по черепу изнутри кровь, взбухать переполненные горячим паром вены. Кожа будто плавилась, изображение в готовых лопнуть от напряжения глазах то плыло и подергивалось, то вдруг прояснялось.
Вся пещера буквально светилась от разливавшегося сияния, на поверхностях стен мерцали водяные крошки и мелкие, неведомо как росшие вдали от солнца, зеленоватые побеги. Щели в камне то выцветали желтым, то вновь захлестывались чернильным мраком. Люди, забившись в углы и заведя молитвы всем ведомым Богам, надеялись избежать смертельной участи, но небесные владыки прислушивались далеко не ко всем. Молнии все равно настигали своих жертв, как бы далеко в камень те не зарывались, и либо выжигали их тела до скелета, либо обрушивали на головы несчастных очередные булыги.
Я же, выпрямившись во весь рост, стоял в полнейшей уязвимости, будто дразня неиствующий кристалл. Мол, вот он я! Направь на меня свой взор и услади глад еще одной беззащитной жертвой!.. На самом же деле, мне просто не хватало сил доковылять до ближайшего валуна. Да и к чему эта иллюзия прикрытия? Супротив такой мощи простой камень, как уже было неоднократно доказано, не мог стать верным щитом.
Вдруг своим опьяненным сознанием я ощутил, как в меня что-то врезалось, снося с ног и прижимая спиной к холодной земле. Это был один из стражников, не побоявшийся покинуть своего «убежища» и прийти на помощь незащищено стоящему, словно потерявшему рассудок, незнакомцу.
Он приподнялся, позволяя мне вдохнуть полной грудью.
Это лицо я знал.
— Ты?.. — Бьерн, с прищуром рассматривая меня несколько секунд, пораженно поднял брови.
Не успел он должным образом поверить в столь неожиданную встречу, как новая, исторгнутая из недр кристалла молния с хрупом ударила ему между лопаток. Дородный муж мимолетно вздрогнул, и, спустя миг, осыпался на меня смердящей гарью грудой стали и костей.
Я поспешно свалил с себя загромыхавшие останки. Жадно хватая ртом воздух, поднялся на локтях, ошеломленно взглянул на исходивший бледным чадом скелет еще секунду назад живого человека. Меня буквально трясло от только что увиденного. И как я сам до сих пор дышу? Почему разряд, пройдясь по телу Бьерна, не захватил в свои обжигающие объятия и меня? Когда молния ударила в него, то я сам на кончиках пальцев ощутил эту всеуничтожающую, пронзившую железо и плоть силу. Но при этом меня она не тронула, хотя должна была пройтись по цепи от Бьерна ко мне… Не знаю, что спасло мою шкуру, но я был этому безмерно благодарен!
Воины, видно окончательно разочаровавшись в небожителях, стали надрывно, сквозь слезы, взывать к помощи Его Волшебничества мейстера эль'Массарона. Мой взгляд сам собой перетек с тлеющих останков на лежавшего невдалеке, прислонившись затылком к громоздкому валуну, Фареса. Я, не взирая на холодившие изнутри смятение и страх, все же сдюжил поднять свое одурманенное непонятной хандрой тело на ноги. Однако они все так же ощущались практически ватными, и я томными, но широкими шагами, подгоняемый сверкающими окрест блиставицами, двинулся в направлении мага. Подступив к нему, как показалось, спустя целую вечность, упал подле, подползая за укрытие.
— Колдун! — Я принялся сотрясать его за плечи. Фарес выглядел точно во хмелю, беспристрастно глядя в одну точку над собой и не реагируя на мои призывы. — Колдун, горгулья тебя побери, очнись! Что здесь творится?!
— Я… должен был догадаться… — забубнил он тихо себе под нос, — раньше…
— О чем догадаться, мейстер?! Что это за бесовщина?..
Рядом с нами, подняв целый столб пыли, ухнул очередной подбитый молнией булыжник, и последние буквы моей речи поглотил возникший от удара грохот. Я сильно закашлялся из-за попавшего в нос и осевшего в горле праха.
— Никто не ускользнет, — также отрешенно продолжал бормотать придворный чародей. — Да это и к лучшему… После того, что мы натворили…
— Что натворили?! О чем ты говоришь?! — Я, уже не чураясь фамильярности, пытался вытрясти из эль'Массарона хотя бы частичку чего-то связного и понятного, но тщетно. Он не отвечал.
