Добивание. Про добивание рыжий мерзавец никогда не забывал. И Джин тихо прошипел нечто вроде “чикусё”, после чего со стоном рухнул на кровать, правда, почти сразу же вновь приподнялся на локтях и устремил взгляд в зеркало на стене — на собственное отражение. Кожу усыпали красноречивые отпечатки — свежие и не совсем, на обнажённом теле — как будто призрачный плащ сладкой истомы, по которому совершенно не трудно угадать, что именно с ним только что делали, губы казались яркими и немного припухшими — тоже ясно сразу, по какой причине, а ещё как-то странно светились глаза… И на ум немедленно пришло непрошенное — котминам. Джин сдавленно выругался и зажмурился, чтобы не смотреть на себя — такого себя, пусть и хотелось, но…
Из ванной вышел Хоаран, и Джин невольно открыл глаза. Он мог не смотреть на себя, но не на него. Хоаран одёрнул футболку и подмигнул.
— Ты вообще собираешься сегодня выбираться из кровати?
Рыжий остановился напротив зеркала, растерянно взъерошил влажные пряди и попытался их как-нибудь пригладить. Разумеется, Джин уставился на его отражение, а заодно и на своё. Выражение лица изменилось почти мгновенно, но он успел запомнить то, причиной которого стал Хоаран. Неужели у него всегда такое лицо, когда он смотрит на…
Хоаран вдруг оказался рядом; смеющиеся светло-карие глаза напротив и громкий щелчок пальцами.
— Я, правда, голодный, как тигр. Если быстро не соберёшься, уйду без тебя.
— Соберусь, — пообещал Джин и “поплыл”, уставившись на лицо рыжего. Так близко… Искорки смеха в янтарной глубине… И лёгкая тень усталости только прибавляла ему обаяния…
— Ты ещё долго будешь мыслить о…
— …высоком.
— Ну, я не такой сложный. Собирайся и давай вкратце свои высокие мысли. Попрошу на пальцах, но без участия среднего, — выглянув в окно, предложил Хоаран с ходу.
Джин старательно скомкал простыню и залепил импровизированным снарядом в затылок мерзавцу.
Если бы всё было так просто…
Мерзавец изящно уклонился от столкновения, а снаряд красиво выпорхнул в окно.
— Да уж, это точно не простыня новобрачной, — пробормотал он, полюбовавшись на зрелищный полёт постельной принадлежности на крыльях местного ветра.
Нестерпимо хотелось ухватить его за шкирку и удавить на месте, так ведь и впрямь же не дастся.
Пришлось Джину воспользоваться единственным возможным выходом: сделать вид, что не замечает рыжего, нацепить на лицо маску невозмутимости, а на губы наложить печать молчания. Так вот в ванную и отправился. А что ему оставалось? Против Хоарана только такая тактика и срабатывала. Иногда. Ибо выдержки хватало, честно говоря, далеко не всегда и отнюдь не надолго.
Когда Джин соизволил вернуться в номер, Хоарана там уже не обнаружил. Тихо ругаясь, пошёл в облюбованный ими ресторанчик. Всё-таки перекусывать там было намного удобнее, чем готовить самим.
Рыжий расположился за лучшим столиком со стаканом молока, и перед ним как раз поставили весьма аппетитное на вид блюдо.
— Пахнет вкусно, — заметил Джин, устроившись напротив. Уронил привычное “итадакимас”, ухватил палочки и подцепил солидный кусочек мяса, который заманчиво блестел от соуса.
— Ая, Чжин!.. — быстро начал Хоаран, но тут же умолк, потому что Джин активно зашарил руками в воздухе, выронив палочки.
Хоаран с невозмутимым видом налил в стакан негазированной воды и вручил ёмкость пострадавшему, который припал к живительной влаге так, словно скитался месяц в пустыне.
— Вот придурок… — загрустил рыжий. — За столько времени мог бы уже и привыкнуть.
— Не делай из меня придурка — сам могу! — огрызнулся Джин, прикончив четвёртый стакан воды. — Ты же всегда брал мне что-нибудь китайское или японское! Зато теперь ясно, откуда в тебе столько огня…
— Какого ещё огня?
— Этого! Если постоянно есть такое острое… Я же себя сейчас огнедышащим драконом почувствовал!
— Точно? Именно драконом?
Вопрос прозвучал крайне подозрительно, а если ещё приплюсовать хитрющие и чрезвычайно весёлые глаза Хоарана, так и вовсе…
— Ты это к чему? — заволновался Джин.
— Да так…
— Нет уж! Выкладывай!
— Ты не банк, чтобы принимать вклады. Просто ты не знаешь, что именно сейчас съел.
— И что же?
— Уж лучше тебе пребывать в блаженном неведении. На всякий случай.
— Лучше скажи.
— Неа, — улыбнулся Хоаран, решительно придвинул блюдо к себе и вооружился палочками. — Меньше знаешь… Ну, сам понимаешь.
И он с аппетитом принялся за еду, ничуть не переживая по поводу остроты и подозрительных ингредиентов.
— Гм… Закажи себе чёрной свинины. Только сразу скажи — без чеснока.
— Чеснок я переживу, — самоуверенно заявил Джин.
— Ага, щаз! Не переживёшь.
— Переживу!
— Тебя только что едва не прикончил слабенький соус, а чеснок… — Рыжий сиял, как новая монета. — Наш чеснок тебя сразу на тот свет отправит. Но ты, конечно же, мне не веришь. Ладно, пробуй, но не говори потом, что я тебя предупредить забыл.
— В такие моменты… — Джин старательно боролся с искушением. — В такие моменты так и хочется тебе врезать.
— А ты не рассуждай о моментах, ты лучше врежь, — поощряюще помахав палочками, предложил Хоаран и сверкнул улыбкой. — Хотя бы попытайся.
— Иди ты…
