Спустя, должно быть, половину часа нога на очередном шаге ушла по щиколотку в мягкую почву. Ступню мгновенно залило темной, мутной водой с колышущимися на поверхности ярко-зелеными пятнами растительности.
Начинались болота. Те самые, с которыми он столкнулся в прошлый раз, когда был здесь несколько месяцев назад.
Руд поднял голову, посмотрел, щурясь, на солнце, затем опустил взгляд, еще раз осматривая окрестности: ровная поверхность, одиночные кривые деревья, темнеющие голыми стволами то здесь, то там. Да еще холмики с порослью, отчетливо заметные среди раскинувшейся перед взором глади.
Как же он забыл про топь, еще в те дни казавшуюся бескрайней! Тогда он, как сейчас видится, был несколько севернее. А эти болота берут свое начало аж вон откуда.
Здоровый глаз выцепил очертания далекого перелеска. Один из высоких и широких холмов, заросших лесом. Наподобие того, на котором стоят останки гномьей крепости.
Как раз в нужном направлении, если его не подводит единственный глаз.
Земля там твердая. Но идти к холму через неизвестные ему болота? Да, в прошлый раз он смог пройти по этим топям весьма приличное расстояние. Но тогда он был не один. Не повернуть ли назад?
Человек обернулся. Где-то там идет она, сухая и надежная дорога. Готовая сопроводить каждого из доверившихся ей путников к воротам великого гномьего города Дварголина.
Руд замер. Глаз впился в то место, где он только что заметил движение. Пустое, наполненное воздухом место, но посреди него…
А ноги, опережая память, уже выбили брызги воды из стоячей трясины. Скорее! Скорее отсюда! Вперед и подальше. К лесистому островку, к сердцу болота, да хоть под бороду Бога! Но только чтобы не достаться тому, кого панцирные коротышки с дрожью и страхом в голосе именуют «призрак».
Он хорошо помнил разговоры и пересуды, которыми на привале потчевали его сыны Марина.
Эти бестелесные, полупрозрачные порождения самой Бездны чуют живых существ и нападают на них. Что потом происходит, никто сказать не может, поскольку выживших после тех встреч нет. Но всем и так ясно, что смерть в объятиях призраков мучительна и неотвратима.
Получается, гномы пришли с севера обратно на свое старое место жительства, а за ними на юг потянулись и эти твари. Хорошо, что их видно днем: наткнись он в темноте на такое чудовище – и все, прощай, сестра. Наверняка именно его присутствие ощущалось всю ночь. Ходил, небось, вокруг да около дерева, только достать не мог.
Холодная стоячая вода прибывала. Руд спускался в незаметную для глаза низменность.
Он торопливо обернулся, пытаясь разглядеть своего преследователя. Сразу заметить не удалось. Пришлось остановиться и всматриваться более тщательно. Наконец взгляд уловил едва различимое при дневном свете движение подобия человеческой фигуры: призрак неотступно «плыл» следом.
Пришлось прибавить шаг, проверяя надежность скрытой водой земли самодельным копьем.
Получалось не всегда. Вскоре левая нога, проскользнув, ушла вбок. Руд выкинул руки в стороны, стараясь удержать равновесие. Удержал. Медленно вернулся в вертикальное положение, выдохнул и зашагал дальше. Внутри разгоралось непреодолимое желание ускорить шаг, оторваться как можно скорее от преследующей его смерти, ставшей еще ближе из-за этой обидной заминки.
Руд остервенело выдирал заледеневшие ноги из стоячей холодной воды. Скорость упала, и взвинченные погоней нервы заставляли сердце бешено бить в грудную клетку.
На следующем шаге выставленный вперед свободный конец древка уперся в твердый грунт. Руд перенес туда правую ногу и вес своего тела, а в следующее мгновение понял, что рука с зажатым в ней древком копья проваливается в мокрую глубину. Нога проскользнула следом, и человек полетел в воду. Страх захлестнул мозг, вода – рот и нос. Организм среагировал быстрее сознания, перекрывая вход в дыхательные пути. Руд вынырнул на поверхность, хватая ртом воздух и откашливая грязную воду. Левая рука откинула назад прилипшие ко лбу отросшие волосы. Правая же лихорадочно ткнула копьем вперед. Древко свободно ушло в воду. Новый удар, чуть дальше. Опора! Вот она! Он подтянулся вперед, поднялся и торопливо зашагал дальше. Бросил через плечо торопливый взгляд: разглядеть призрака не получилось. Возможно, виной тому была вода, стекающая по лицу и висящая на ресницах искажающими видимость каплями. Но остановиться, даже на краткий миг, как в прошлый раз, Руд себе позволить не мог.
Через какое-то время ему стало казаться, что ноги как будто уже не вязнут столь сильно и что вода стала немного спадать. Низменность кончалась, и с каждым новым движением мокрых окоченевших ног, поросший лесом сухой остров приближался.
Божья борода! Да ему еще повезло, что он шел через просто затопленный участок низменности, а не через действительно тянущие на дно топи. Из них при всем желании так легко выбраться не получилось бы.
Последние пять шагов.
Руд подбежал к невысокому обрыву. Закинул наверх копье, подпрыгнув, уцепился за край, подтянулся и вывалил себя на спасительную сушь. Спасительную ли?