Вспыхнувшее за осознанием этого волнение мгновенно переросло в настоящую тревогу. Дорх огляделся ещё раз. Уже более прицельно, ища ответы.
Вот недалеко от дома, где живут девчушка с дедушкой, лежат принесенные в тот раз палки. А рядом с ними на мокрой после дождя земле отчётливо виднеется цепочка детских следов. Следы уходят в лес. В противоположную сторону от вытоптанной жителями деревни дорожке.
«А копадон достаточно большой для клепкой кожи?» – сам собой всплывает в памяти вчерашний разговор.
«Зачем тебе понадобилась кожа?»
«Я тебе потом все ласскажу. Это сюлплиз».
Он срывается с места и бежит.
Они стояли молча, задрав головы вверх. Кружащиеся и опускающиеся частички зеленоватого света маленькими искорками вспыхивали перед глазами. Мирный шум вечернего леса здесь совсем умолк. Опускающиеся почти до самой земли мягко светящиеся ветки создавали купол, укрывающий могучее тело лесного эльфа, в которое непостижимым образом вплелись крепкими узлами корни, морщины коры, а с ними – неподвластная мудрость, покой, красота, величие и загадочность.
– Я слышала, но никогда не думала, что это может быть настолько прекрасно.
Руд молча кивнул в ответ. Разговаривать не хотелось. Сейчас казалось, что шум их голосов, да и вообще любой посторонний звук разрушает царящую здесь спокойную красоту. Хотелось молчать, впитывая и запоминая все до мельчайших подробностей.
Потом, конечно, придется заговорить. Двое людей не могут молчать вечно, особенно когда один из них – эта девчонка. Но как же хочется отсрочить этот момент… перенести на потом, на завтра или на следующую неделю.
– Идем дальше? Или заночуем здесь?
– Хочу здесь! – быстро ответила она. – Ты же знаешь, чем славятся лесные эльфы?
– Своим величием.
– Нет.
– Красотой?
– Да нет же, сатонец! – Эрмитта улыбнулась, положила ладонь Руду на плечо. – Они отвечают на твои самые сокровенные вопросы. Стоит только попросить их. Вслух или про себя. Для эльфов это не имеет значения. А затем нужно ждать. Они подскажут правильный ответ. Ты все поймешь.
– Хочешь спросить – и остаться на ночь ждать ответа?
– Да. А ты не хочешь?
– Мне не о чем спрашивать.
– Да как так-то? – девушка повернулась к нему.
Руд пожал плечами. Медленно, словно боясь примять короткую и мягкую ярко-зеленую траву, приблизился к исполину. Бережно положил ладони на ствол. Закрыл глаза, ощущая исходящее от эльфа тепло.
– Ты не слышала, приходят ли к ним звери?
– Нет.
– Не слышала или не приходят?
– Не приходят. По крайней мере, так говорят.
– Хорошо, – Руд кивнул и задрал голову. – А то до самой нижней ветки тут не добраться, даже если ты встанешь мне на плечи. Все, тогда остается.
Уселись тут же. Девушка стащила сапоги, Руд прислонился спиной к стволу, закрыл глаз. Его окружила тишина. Казалось, если постараться, можно услышать стук соседнего маленького и доброго сердца.
– Сатонец.
– М?
– Я все думаю об этом Олесе. Он же остался жив. Почему он не сможет более претендовать на место нынешнего государя?
– Когда-нибудь попробует вновь. Но вряд ли у него получится. В подобных компаниях увечья и беспомощность лишают уважения на всю оставшуюся жизнь. А заполучить их обратно силой уже вряд ли получится.
Привычно развязали узлы заплечных мешков, разделили оставшуюся воду и еду на порции. Приступили к еде.
– А у него нельзя попросить огня? – Руд прожевал очередной кусок. Аккуратно убрал в заметно исхудавший мешок остатки выделенной гномом провизии. Еще день, в лучшем случае два – и ему придется, как говорят, затянуть пояс. Девчонке предстоит голодовка еще через пару дней. Вся надежда на то, что им удастся за это время выйти к людям. Хорошо, что с водой проблем нет: ею вполне можно заливать голод.
– Нет, – Эрмитта покачала головой. – Он ничего не дает. Эльф только указывает, а делать должен уже ты. Иначе что это за помощь такая? Пришел, пожелал чего-то – и сразу получил все готовое, – девушка прыснула. – Нет. Он может тебе только подсказать. Вот спроси у него, каким образом, помимо помощи магов, можно заполучить огонь. И если твой вопрос будет искренен и заботит тебя не один день, эльф даст тебе наставление.
– Ясно, – Руд откинулся назад. Оперся спиной о ствол, поискал по привычке взглядом копье. Вспомнил, что при поспешном уходе из поселка оружие так и не удалось найти. Хорошо, что их заплечные мешки уродцы разворошить не успели. И на том спасибо.
Он закрыл глаз. Какое-то время слушал окружающую тишину, улавливал проникающий через кожу века мягкий зеленоватый свет. Заснуть тут затруднительно, хотя и вполне возможно. Стоит только набраться терпения: усталость возьмет свое, и ей будет глубоко наплевать на свечение.
А что там делает девчонка? Слишком уж тихо.
Руд открыл глаз. Эрмитта сидела рядом и, нахмурив брови, тщательно выводила буквы на своем куске ткани. Руд присмотрелся. Губы девчонки, как и в прошлый раз, беззвучно шептали какие-то слова.
А ведь это идея. Надо повторить.
Руд достал нож, осмотрелся. Нашел клочок не занятой травой земли возле самого ствола эльфа. Придвинулся к нему и начал поочередно выводить буквы.