Даже по внешнему виду прихожей можно понять, что Рая Малюкова — комендант весьма суровый. В длинной избе царит пусть и казённый и не совсем уютный, но всё равно порядок. Пол в длинном коридоре натёрт до блеска, двери в комнаты покрашены белой краской. Рядом со входом в большой деревянной кадке бойко растёт фикус. Под потолком ни малейшего намёка на паутину.
На ближней слева стороне двери под номером один грозная надпись «Комендант». Александр удобней перехватил мешки, ему точно сюда. На вежливый стук изнутри раздался очень серьёзный голос:
— Войдите.
При личном знакомстве Рая Евгеньевна Малюкова оказалась вполне себе суровой женщиной лет пятидесяти. Низенькая и сухонькая, тронутые сединой волосы завязаны на затылке в узел. Выпирающий вперёд подбородок говорит об упрямстве, а морщинки у глаз о привычке постоянно сурово хмуриться. Длинная тёмная юбка и такого же цвета рубашка с длинными рукавами отлично дополняют образ. А вот на ногах не туфли, не домашние тапочки, а явно армейские ботинки.
Казённый порядок в общежитии является прямым продолжением порядка в комнате коменданта. Железная койка идеально заправлена, книги на полке расставлены по росту, самодельный половик натянут едва ли не струной. Но о том, что здесь живёт не просто суровый комендант, а в первую очередь женщина, больше всего напоминают желтоватые занавески на окне и кружевная накидка на подушке.
Сама Рая Евгеньевна сидит за столом у окна в окружении массивных гроссбухов. Перьевая ручка застыла в её правой руке. В воздухе витает кисловатый запах чернил.
— Вы по какому вопросу, товарищ? — Рая Евгеньевна опустила перьевую ручку на самодельную чернильницу.
— Э-э-э… Простите, — от столь сурового вида коменданта общежития, а особенно от её сухого начальствующего тона, Александр несколько растерялся.
— Ой! Сашка! Асеев! Вернулся! Живой! — радостно воскликнула Рая Евгеньевна.
Грозная начальница общежития будто растворилась в воздухе. Рая Евгеньевна бойко вскочила со стула.
— Вернулся! Целый! Дай я на тебя полюбуюсь!
Рая Евгеньевна ухватила Александра за рукав армейской гимнастёрки и повернула к себе левым боком. Александр едва успел опустить мешки с формой на пол.
— Ах, Сашка, если бы ты только знал, — Рая Евгеньевна тяжело вздохнула, — сколько же наших так и не вернулось. Вот и мой Ваня погиб. Но ты, это, молодец! И сразу домой. Я так понимаю, с Аркадием Назарьевичем ты уже переговорил, — Рая Евгеньевна быстро сменила тему.
— Да, успел переговорить, — Александр осторожно высвободился из рук Раи Евгеньевны.
— Вот и отлично. Нам, на лесопилке, работники страсть как нужны, — Рая Евгеньевна ласково улыбнулась. — Учеником? Или сразу механиком?
— Ну-у-у… — неопределённо протянул Александр.
Однако Рае Евгеньевне ответ и не нужен.
— Правильно сделал, что сразу ко мне пришёл, — торопливо продолжила Рая Евгеньевна. — У меня в четвёртой комнате как раз свободная койка имеется. На неё тебя и поселю. Ребята в комнате хорошие, умные, газеты и книги читать любят. Нечета балбесам из третьей, которым только на гитаре тренькать, участкового на них не хватает. Но, погодь, — лицо Раи Евгеньевны враз изменилось с весёлого на озабоченное, — у тебя же от родителей дом остался, а там теперь семья Барыкиных живёт. Это, Павла Барыкина из Кондопоги к нам автослесарем направили. А то тракторов и грузовиков много нагнали, а чинить некому. Вот Аркадий Назарьевич дом твой пустой Барыкину и определил. Как семейному ценному специалисту определил.
— Ничего страшного, Рая Евгеньевна, — Александр махнул рукой. — Дом не мой, а леспромхоза. Аркадий Назарьевич правильно сделал, что Барыкиным его отдал. Что я там один делать буду? Не надо Барыкиных выгонять. Да и куда их? В эту общагу?
— Зачем сразу в эту? — возразила Рая Евгеньевна. — У меня в третьем корпусе две свободные комнаты имеются. Я своим холостым балбесам постоянно повторяю, что комнаты эти только для семейных, пусть не зарятся на свободные квадратные метры. Так я в одну из них Барыкиных и поселю. А если Аркадий Назарьевич распорядится, то могу и вторую комнату им отдать. Детишек у них трое.
— Ну не надо, Рая Евгеньевна, — с нажимом повторил Александр. — С меня пока и вашего общежития хватит. Вот обзаведусь невестой, вот тогда в одну из этих свободных комнат вы меня и поселите.
— Ой! — Рая Евгеньевна качнула головой. — Правильно говоришь. И невеста для тебя уже есть. Галя Ванюкова из пятой комнаты. Умная, красивая, учительницей работает. Ох, как глянешь, сразу тебе понравится, — Рая Евгеньевна осторожно хлопнула Александра по плечу.
Александр лишь улыбнулся в ответ. Вот так всегда. Муж Раи Евгеньевны пал смертью храбрых, однако она сама как была, так и осталась женщиной. А первейшая задача любой женщины в возрасте — переженить всех молодых и холостых.
— Ой! — Рая Евгеньевна вдруг испуганно отпрыгнула в сторону, будто увидела перед собой гадюку. — Что это у тебя?
— Где? Что? — Александр в растерянности огляделся по сторонам.
— Ну как же! Вот же! — дрожащий палец Раи Евгеньевны уставился на…
