Екатерина Никифоровна Потапова, жена Виталия Николаевича Потапова, оказалась худенькой женщиной лет сорока в серой мужской рубашке и в длинной юбке из плотной ткани. Чуть тронутые сединой волосы прикрыты цветастым синим платком. Она встретила Александра у калитки и провела в дом. Огромный лохматый пёс непонятной породы молча и грозно проводил незваного гостя тёмными глазами. Лучшему другу человека плевать, что к хозяевам пришёл сам участковый инспектор милиции в полной форме и с грозным ТТ в кобуре на поясе. Если будет команда, порвёт как Тузик грелку.
На мосту, перед входом в жилую часть избы, Александр стянул сапоги. Пусть представителю власти расхаживать в одних носках не солидно, но и переться в дом в грязных уличных сапогах тоже неприлично. Не долго думая, из двух зол Александр выбрал меньшее.
Внутри изба семьи Потаповых также ничем не отличается от прочих в Четвёрочке. Как сказал классик, бедненько, но чистенько. Бревенчатые стены тщательно протёрты влажной тряпкой, пол застелен самодельными сильно потёртыми ковриками. Неширокий стол без какой бы то ни было скатерти. А вот стульев нет, только две лавки. За печкой проглядывается рукомойник и маленький кухонный столик. Зато под потолком висит гордость всех без исключения жителей Четвёрочки — электрическая лампочка. Как Александр успел заметить, единственная в избе.
— Разрешите присесть? — вежливо попросил Александр.
— Да, да, конечно, садитесь.
Хозяйка дома просеменила мимо и первой опустилась на лавку. Александр присел на противоположном конце стола и выложил на столешницу планшетку. В Четвёрочке люди живут простые, от которых просто глупо ожидать знания тонкостей барского этикета. Но и садиться за стол без разрешения хозяйки тоже не дело.
— Екатерина Никифоровна, — Александр демонстративно вытащил из планшетки блокнот для записей и распахнул его, — ваш муж дома?
— Никак нет, — тут же ответила Екатерина Никифоровна. — Но он вот-вот должен вернуться с охоты. Если хотите, то можете его подождать.
Александр задумался. Виталия Потапова дома нет. Не факт, что он и в самом деле вот-вот вернётся домой. Виталий Николаевич заядлый охотник, а на охоте бывает всякое. Впрочем…
— И что на этот раз натворил мой муж? — голос Екатерины Никифоровны дрогнул от волнения.
Как Александр успел узнать, супруг хозяйки дома и в самом деле не отличается кротким нравом, хотя назвать его буйным тоже нельзя. Как это часто бывает, когда трезвый, то вполне себе умный, рассудительный и трудолюбивый мужик. Но вот как выпьет, да ещё лишнюю стопочку, то может легко совершить какую-нибудь глупость. Например, совершенно случайно задеть кулаком челюсть соседа.
— Ничего ваш муж не натворил, — ответил Александр. — Я зашёл познакомиться с вами поближе, должность обязывает. Заодно и расспросить кое о чём.
— Ах, да, вы же наш новый участковый, — взгляд Екатерины Никифоровны скользнул по синей гимнастёрке Александра и на миг задержался на погонах старшего сержанта. — Наверно, о семьей своей спросить хотите.
Александр тихо прочистил горло. Неприятно осознавать, что всего за два дня о его личном деле прознала вся Четвёрочка. Впрочем, было бы глупо надеяться, будто Рая Евгеньевна, ещё та сплетница, будет молчать в тряпочку. А вот взять с комендантши подписку о неразглашении Александр вовремя не догадался. Чего уж теперь кулаками после драки махать.
— В том числе и о моей семье, — Александр не стал отрицать очевидное.
— Так, это, Витька мой, бестолковый, уже после освобождения в Дубуяну ходил… — начала было Екатерина Никифоровна, но Александр поднял перед собой ладонь.
— Екатерина Никифоровна, — Александр чуть повысил голос, — о визите вашего мужа в Дубуяну я расспрошу его самого, когда он вернётся. А пока его нет, расскажите, как так получилось, что вашего мужа не мобилизовали на фронт?
Екатерина Никифоровна смущённо потупилась, тема для разговора для неё явно не самая приятная. Пусть Виталию Потапову скоро пятьдесят лет, однако в начале войны его вполне могли призвать в Красную армию.
— Как вы знаете, — тихим голоском начала Екатерина Никифоровна, — мы оккупацию пережили. Тогда, летом сорок первого, никто не думал, что война эта проклятущая на четыре года затянется.
История семьи Потаповых более чем типичная для очень и очень многих семей, которым не повезло оказаться в оккупации. Виталий Потапов потому и не попал на фронт в первые месяцы войны, что его просто не взяли. В силу возраста и ценной профессии тракториста, он получил бронь. А потом, в начале ноября сорок первого года, Кондопогу оккупировали финны.
