— А так ему и надо, — ожесточенно заявила Арина Михайловна. — Бог наказал за нечестность. Он-то луга под пастбища для своих баранов по-хитрому выкупил, отняв у односельчан сенокос, многим пришлось продать коров и лишиться значительного дохода. А в Больших Косяках, сам видишь, с работой тяжело. Местным приходится ездить в район, а это полчаса пехом и час на электричке… Ой, да ладно, зачем тебе наши проблемы? Я к чему веду-то… Мацегорюк просил тебя заглянуть, посмотреть на месте преступления, так сказать.
— Почему меня? — искренне удивился Кирилл. Местный фермер уж точно не мог знать, зачем он приехал в Большие Косяки.
— Он считает, что раз ты ученый, то разбираешься не только в птицах.
— Странная логика, но ладно, сейчас оденусь и зайду.
Заодно, выйдя из низины, сможет нормально позвонить Лиле, так как лазить для этого на каштан, растущий перед домом хозяйки, поднадоело. Да и Ольга нарочно крутилась под деревом, подслушивая его разговоры, поэтому приходилось следить за языком, чтобы не сболтнуть что-нибудь про Полночь.
— Кирюшенька, когда вернешься, обязательно расскажи, что увидишь, — попросила Арина Михайловна. — Особенно что делал и говорил Мацегорюк.
Кир кивнул и, когда старуха ушла, стал быстро собираться.
Через сорок минут он осматривал ферму и окрестности. Понесший убыток «бизнесмен» пытался жаловаться, но Кир взглянул на него холодным взглядом почуявшего след оборотня — и мужчина, внезапно покрывшись холодным потом, отстал от мнимого орнитолога. Кирилл сфотографировал учиненную волками резню и записал на диктофон показания сторожей, которые в то время, как хищники пробрались в кошару, смотрели в подсобке футбол, попивая пиво.
На территорию фермы серые попали, разорвав оцинкованную сетку-рабицу, после чего вырыли подкоп под стеной сарая. Ну а дальше дело было за малым: черкая клыком по сонной артерии, оставляли овец истекать кровью. С собой мохнатые налетчики увели всего шесть животных.
Пройдя по следу, вервольф оказался на асфальтированной трассе, где отпечатки вскоре терялись, затертые колесами автомобилей. Пришлось возвращаться и осматривать молодой хвойный лесок с одной стороны фермы и заливные луга — с другой. Усилия Кирилла не пропали даром, и он все-таки его нашел — отпечаток огромной лапы. Лапы оборотня, перекинувшегося в звериную форму. Опасения отца подтвердились: кто-то из вервольфов попрал закон, заставив обычных волков нападать на людей.
Отчитавшись по телефону Булатову, молодой человек, погруженный в невеселые раздумья, дошел до подворья Арины Михайловны. И только при виде разлапистого, собирающегося цвести каштана вспомнил, что забыл позвонить невесте. Вздохнув, он привычно вскарабкался на дерево.
— А тебе что купить? — нетерпеливо поинтересовался Богдан, не отводя глаз от палатки с бутербродами, пирожками, булочками и прочей снедью. — Пора обедать, а мы еще и не завтракали.
— Ничего, — отмахнулась Лиля. — Иди поешь, наша очередь еще не скоро.
Колесо обозрения пользовалось популярностью, и, чтобы полюбоваться на город сверху, требовалось отстоять не меньше четверти часа за билетами. И как только ни любила Макарова ждать, выбрать другой аттракцион нельзя — в энергетическом теле города место, на котором установили колесо, исполняло функцию сердца, и именно здесь предстояло завершить обряд.
Испытующе взглянув на спутницу, молодой человек воспользовался разрешением.
В залитом весенним солнцем и детским смехом парке Макарова выглядела заторможенной, чему маг не удивлялся, зная, что она находится в неком подобии транса. А вот окружающих отстраненный вид девушки, похоже, сильно удивлял, и Богдану пару раз предложили сменить мрачную спутницу на другую, которая оценит хорошую компанию. У Макаровой напор веселых студенток не вызвал вообще никаких эмоций, но незримый для окружающих Федор мстил охотницам за чужими спутниками, задирая подолы их платьев или сдувая им в декольте капли подтаявшего мороженого. Но как призрак ни старался, девчонки из очереди не уходили.
— Слушай, а все-таки кто он тебе? Парень? — не выдержала смуглянка со строгим каре.
— Брат или нет? — подхватила вторая студентка, с пепельными волосами, собранными в конский хвост.
— Брат… или нет, — с полуулыбкой ответила Лиля.
И ведь не соврала: Богдан станет ей братом через Кира, и в то же время кровного родства между ними нет.
— Дура какая-то, — тихо прошипела третья девушка, — не удивлюсь, если красавчик это поймет и вскоре ее бросит.
Макарова, хотя и услышала нелицеприятное мнение незнакомки из очереди, не испытала ни малейшего укола обиды. И не потому, что самомнение в последнее время благодаря стараниям любимого мужчины обросло непробиваемой броней. Ритуал, который она начала в шесть утра, позволял смотреть на мир отстраненно, сквозь особую призму восприятия, не пропускавшую чужой негатив.
— Кралечка, а можно, можно я ей хоть волосы взлохмачу?! Ей-богу, достала же ж холера!
