Ллоэллин тут же отвернулся от лучащегося самодовольством мальчишки, но, в общем-то, не был на него в обиде за эту молчаливую издевку. Хоть в сердцах он не раз думал о том, что хорошо бы избавиться от такого младшего брата, они все равно оставались семьей, и он еще помнил, как любил играть на его коленях малыш Кайеренн в свои два-три цикла. Так что, несмотря на дурной характер брата, Ллоэллин был рад за него.
И все же где-то в глубине души расцветала обида. Не на Кайеренна даже, а на всех присутствующих разом, на то, что его снова заставляют почувствовать себя ненужным, ущербным. Он и так знает о своей ничтожности, зачем же это повторять снова и снова?! Да еще вот так, публично, демонстрируя всем и каждому его место. Впрочем, сегодня он такой далеко не один. И если даже ему, привычному к пренебрежительному отношению и оскорблениям, тяжело стоять здесь и раз за разом провожать взглядом идущих не к нему Выбирающих, то каково должно быть оказавшимся не у дел середнячкам Сезона, тем, кто еще питает какие-то надежды? Конечно, многие из них скоро будут выбраны в различные Дома наемниками, но оставшиеся стоять на своих местах до самого конца, вроде самого Ллоэллина, почувствуют себя по-настоящему униженными. Помнится, в первые три цикла он уходил из зала Выбора полуослепшим от слез. Теперь же эта унизительность стала почти привычной. Плакать из-за такой ерунды он уж точно не станет.
Между тем церемония подходила к концу. Остались всего три женщины, еще не совершившие свой Выбор. А Претендентов во всех рядах, кроме первого, было еще много. Да и в первом… После того, как санэ Ирраил отказал избравшему его Старшему, Ллоэллин больше в его сторону не смотрел, но сейчас его взгляд невольно устремился к одиноко стоящему посреди зала воину. Он был единственным Чемпионом, кто оставался без пары. Впрочем, все слишком хорошо помнили продемонстрированное им на арене мастерство, да и предложений, судя по всему, он сегодня отверг немало, так что на него смотрели не с пренебрежением, а с плохо скрываемым любопытством. Всем было интересно, ради чего он вернулся на этот Сезон, зачем проиграл финальную схватку и почему в очередной раз отверг все предложения о вступлении в брак. И только Ллоэллин понимал все его поступки. Санэ Ирраил просто ждал Энара. Как ждал и он, Ллоэллин.
А потому он почти не удивился, когда закрытые перед началом церемонии двери распахнулись и в зал вошли капитан Хранителей и Верховный Настоятель. Не удивился, но несказанно обрадовался. Все-таки тревога за Энара не покидала его ни на минуту, и теперь за спиной Ллоэллина словно выросли крылья ― такую он почувствовал легкость. И не важно, что любимый сейчас выберет санэ Ирраила. Ничто не важно по сравнению с тем, что с ним все в порядке.
Верховный Настоятель и Энар вышли на середину зала, где главный храмовник Сариены поднял руку, требуя от присутствующих тишины и внимания.
― Уважаемые виры, синналы и санэ, я рад приветствовать вас в храме Четырех. Да пребудет с нами благословение богов. Сегодня очень важный день в жизни многих из вас. Я вижу, что большинство уже сделало свой Выбор, и я не раз еще пожелаю вам счастья в семейной жизни. Но сейчас я должен нарушить ход церемонии, многие циклы остававшийся неизменным. Как вы, должно быть, уже заметили, рядом со мной стоит всем хорошо известный капитан наших доблестных Хранителей, вир Энар Имерта. Сегодня он также должен совершить свой Выбор. Но утром произошел крупный прорыв Тварей, потребовавший его присутствия вдали от Масэры. Вир Имерта опоздал к началу церемонии, но сделал это, охраняя наши с вами жизни, и мы должны позволить ему совершить Выбор, ― Верховный Настоятель сделал паузу и оглядел зал, выжидая, не последует ли возражений. ― Как мы все понимаем, если бы вир Имерта находился здесь с начала церемонии, то право первого выбора принадлежало бы ему. А посему будет справедливо, если и сейчас он сможет выбирать будущего супруга среди всех Претендентов, вне зависимости от того, были они избраны до нашего появления или нет. Санэ, я попрошу вас встать на свои места. После того, как вир Имерта совершит выбор, вы вернетесь к своим будущим супругам и церемония продолжится с того места, с какого мы ее прервали.
На лицах Старших отразилось недовольство решением Верховного Настоятеля, но спорить с храмовником никто из них не стал. Остальные выглядели заинтересованными: кто же тот счастливчик, что войдет в род Имерта? По рядам Претендентов прошел шепоток, многие заоглядывались на санэ Ирраила. И только сам Энар казался невозмутимым.
Но вот все Претенденты заняли прежние места. Энар окинул взглядом их ровные ряды и нахмурился. Удивительно, но санэ Ирраил, бывший аккурат напротив него, не привлек его внимания.