После разговора с Верховным Настоятелем Энар, взяв его за руку, повел домой через весь подземный лабиринт Масэры. Пока они шли, на них оборачивались, глазели вслед и перешептывались, но впервые в жизни в этом перешептывании Ллоэллин не слышал презрения и насмешек. Впрочем, он ничего сейчас не слышал, кроме слов единственного на всей Арне человека ― Энара. Тот рассказывал о своем поместье и о том, как хорошо они там заживут. И Ллоэллин слушал его, завороженный, и думал о том, что слова любимого звучат лучше всех романтических легенд.
И вот наконец они дошли. Никогда еще путь от храма до дома не казался Ллоэллину таким коротким. Ну почему, почему все хорошее заканчивается так быстро?!
В эту минуту Ллоэллин не думал о том, что на следующий день они с Энаром встретятся снова. Более того, отправятся в храм и выйдут оттуда уже обвенчанными супругами. Лишь о том, что сейчас им придется расстаться. Он настолько привык ждать от жизни только плохое, что не сомневался: даже если случившееся на церемонии Выбора чудо ― не сон, обязательно произойдет что-нибудь, из-за чего им с Энаром не быть вместе. Вопрос только в том, сколько мгновений счастья сумела выкроить для него Энэ.
― Не грустите. Завтра наступит быстро. И я приду за вами ранним утром, ― заметив его настроение, сказал Энар. Ллоэллин молча кивнул ― ему казалось, что если сейчас он произнесет хоть слово, то подступившие слезы вырвутся наружу. И тогда уж точно сказка закончится: доблестный капитан Хранителей увидит, какому ничтожеству он сделал предложение и начнет его презирать. ― Я буду думать о вас этой ночью. А вы?
― И я, ― впервые с тех пор, как они вышли из зала Выбора, Ллоэллин поднял взгляд на Энара. И, как и всякий раз, когда он смотрел в глаза любимому, мир вокруг будто замер, опасаясь нарушить ту хрупкую и прекрасную связь, что незримой нитью соединяла двоих таких разных, но, в то же время, похожих Высших.
Энар сделал шаг вперед, положил руки Ллоэллину на плечи и начал медленно, очень осторожно поглаживать его спину и шею. Ллоэллин запрокинул голову: ему, как и во время церемонии Выбора, казалось очень важным сейчас не разорвать зрительного контакта. Не пропустить ни единого оттенка эмоций, отражающихся во взгляде Энара. А оттенков этих было много. И обещание защиты, и нежность, и что-то гораздо более жаркое, от чего самому Ллоэллину сделалось волнительно-сладко. И под этим взглядом самым естественным было потянуться к Энару за поцелуем. Что Ллоэллин и сделал. Он приподнялся на цыпочки, для равновесия руками упираясь в грудь любимому, и коснулся губами его губ. Робко, немного неловко… совершенно, чудесно. Рот Энара приоткрылся в удивленном вздохе, и капитан Хранителей тут же перехватил инициативу. Но в его поцелуе не было и следа той невинности, почти целомудренности, с какой начал Ллоэллин. Энар целовал его с той же жадностью, с какой вернувшиеся после сражений с Тварями воины набрасываются на воду. Он вылизывал его губы, прикусывал их, настойчиво требуя впустить свой язык в рот, а затем уверенно и нежно исследуя его мягкие глубины.
Сколько этот поцелуй длился? Возможно, мгновение. А может, и целый сек. Ллоэллин совсем не удивился бы, если, открыв глаза, обнаружил, что мир вокруг изменился. Скорее, чего-то такого он ждал. Он чувствовал себя обновленным, кем-то, непохожим на вечного неудачника Ллоэллина Арс-Кандил, и ему показалось странным, что все вокруг оставалось неизменным. Все тот же хорошо знакомый ему коридор лабиринта Масэры с уходящими куда-то в темноту высокими сводами, с облицованными серым камнем стенами, с рядом факелов, менять которые он не раз помогал слугам-Низшим… с мрачно вздымающейся за спиной громадой родового дома.
― Я приду за тобой пораньше, ― охрипшим голосом произнес Энар, все еще не выпуская его из объятий. Ллоэллин тяжело вздохнул и прижался щекой к мощной груди любимого, словно надеясь таким образом перенять хоть малую долю его мужества и сил. Решимости, столь необходимой ему перед предстоящим расставанием и встречей с семьей.
― Я буду ждать, ― чуть слышно прошептал он.
Еще какое-то время они стояли, неспособные оторваться друг от друга, но вот Энар сделал шаг назад и сказал:
― Иди. Дома тебя, наверное, уже потеряли… Я буду у вас с рассветом.
Ллоэллин кивнул, но не двинулся с места. Он понимал, что рано или поздно ему придется зайти в дом. Что пока они с Энаром не прошли церемонию Связи, оставаться вместе им нельзя. Но каждая секунда, проведенная вместе, была драгоценна, и он все медлил, не желая прощаться и с этими крупицами счастья.