― Поверьте ему, ― неожиданно вмешалась в их разговор синнала Оллиура. ― Если Ллоэллин сказал, что не будет мстить, он не будет.
― Почему ты так уверена в этом?
― Я знаю своего сына. Он маг Земли и слабак, но свое слово держит. Знаешь, Ллоэллин… Мне тоже было бы легче, если бы ты решил мстить. Если бы хоть немножко научился злиться. Поверь, тебе и самому тогда было бы проще жить. Впрочем, это уже не моя забота. Пусть вир Имерта решает, что ему делать с неприспособленным к жизни супругом. Я пыталась тебя чему-то научить. Но, как видно, безрезультатно, ― синнала Оллиура неодобрительно покачала головой, и Ллоэллин почувствовал щемящую нежность к своей суровой матери. Да, она всегда была строга к нему, но никогда не переходила грани жестокости. И… Значит, все это время она беспокоилась о нем? В такой вот своеобразной манере пыталась помочь, сделать сильнее? Жаль, что он раньше этого не понимал. Жаль, что она сама никогда прежде об этом не говорила. Насколько же проще ему было бы жить все эти годы, зная, что на свете есть хоть один Старший, кому он небезразличен. Его мать.
― Хорошо, если так, ― все еще с сомнением в голосе произнес син Надиаррил. ― Значит, Ллоэллин, можно считать, что мы договорились? Мир?
― Да. Мир.
Конечно, мир. Да и разве могло быть иначе? Чтобы он, Ллоэллин, проявил черную неблагодарность по отношению к дому, где его родили, вырастили, воспитали? И пусть еще вчера поместье Арс-Кандил представлялось ему мрачной тюрьмой, а дальнейшая жизнь ― беспросветной, сейчас вспоминалось множество пережитых там чудесных мгновений. Любимые луга и рощи вокруг, заботливые Низшие… детские циклы, когда они с Танналлиилом играли и резвились в открытом дворе.
Танналлиил… Интересно, знает ли он о счастье, выпавшем на долю его «малыша»?
― Жаль, что мы с тобой так плохо знакомы, ― прозвучал голос главы рода, возвращая Ллоэллина из воспоминаний в реальность. ― Но теперь мы будем встречаться часто. И, надеюсь, еще не раз поговорим.
В ответ Ллоэллин лишь кивнул. «Теперь будем встречаться часто»… Смешно! Если они и будут пересекаться, то лишь несколько раз в цикл, на сезонных балах и турнирах. Конечно, говорить там, среди толпы, с супругом капитана Хранителей будет куда проще, чем дома с презираемым всеми слабаком и неудачником.
― Я благодарен тебе за обещанную поддержку и понимание. Но ты, наверное, устал и хочешь отдохнуть? День у тебя был тяжелый и завтрашний будет не легче.
― Да, спасибо. Я могу идти?
― Я провожу тебя, ― одновременно с ним поднялась на ноги синнала Оллиура. Молча они вышли из зала. Мать привычно держалась впереди, но на этот раз ее шаги не были такими широкими, как обычно. И это позволяло Ллоэллину идти к ней вплотную, когда они пробирались мимо поджидавших около главного зала родственников.
― Спасибо, ― искренне поблагодарил мать Ллоэллин, лишь только они оказались в пустом коридоре жилого яруса. Он понимал, что без нее у него бы ни за что не получилось так быстро отделаться от родственников. Ведь даже ей, имевшей в роду несомненный авторитет, пришлось отвешивать особо ретивым пинки и затрещины и обещать всем, кто попадется ей на глаза до конца дня, особо «веселую» тренировку.
― За что? Следить за твоей безопасностью сейчас, когда ты уже избран, но еще не соединен браком с виром Имерта ― моя прямая обязанность. Конфликт с капитаном Хранителей нашему роду не нужен. Так что не бойся, теперь тебя здесь никто не тронет. Хотя, видит Иил, с каким удовольствием я бы сама тебя выдрала!
― За что?
― За обман. Ты всегда был слабаком и трусом, избегающим честного оружия. Но до сегодняшнего дня я думала, что хотя бы одно достоинство у тебя есть: верность слову и способность в любых обстоятельствах говорить правду. Жаль, что оказавшись избранным, ты изменил себе, ― в голосе синналы Оллиуры слышалось нескрываемое презрение, так что Ллоэллин вздрогнул, словно от пощечины. Так мать не говорила с ним даже после позорнейших поражений на Арене.
― Но в чем я обманул вас? ― от несправедливости обвинений у него задрожал голос.
― Ты сказал, что не знал о намерении вира Имерта сделать тебе предложение. Глупая и бессмысленная ложь. Думаешь, я не заметила твою оговорку, когда ты назвал вира Имерта по имени? И вот что я тебе скажу, Ллоэллин: я поручилась за тебя перед главой рода и очень надеюсь, что хоть в этом ты нас не обманешь. Потому что иначе… Если ты все же настроишь вира Имерта против нас… Клянусь, я лично тебя убью.
― Но я… Я не обманывал! Я на самом деле…
― Не надо. Не говори ничего. Ты и так жалок.