Внизу, во дворе, все в растерянности. Никто не знает, кем был подан сигнал. Охрана возвращается на свои места. Когда стражники Диллинджера входят в коридор, где находятся освещенные прожекторами клетки, они останавливаются как вкопанные и мгновенно поднимают руки. Джон Диллинджер стоит возле камеры с автоматом в руках. Гарри Янгблад, тоже освобожденный от оков, нагло ухмыляясь, направляется к охранникам, из предосторожности делая круг, чтобы не попасть под прицел автомата Диллинджера.
Гарри Янгбланд быстро и ловко обезоруживает охранников, отнимает у них ключи, а их самих запирает в освободившиеся металлические клетки. Беспрепятственно выйдя из тюрьмы, Диллинджер и Янгблад садятся в стоящую возле самого дома, будто специально предназначенную для них машину начальницы тюрьмы Лилиан Холли и скрываются, прежде чем в тюрьме вообще обнаруживают побег.
Теперь банда ведет себя так, точно в Америке вообще нет никакой полиции.
В конце концов приходится вмешаться самому президенту Рузвельту. Он поручает генеральному прокурору Соединенных Штатов Каммингсу принять специальные меры для ликвидации банды Диллинджера. Пока проводится самая крупная из всех известных охот за преступниками, Джои Дил-линджер в Чикаго. За 60 долларов в день он нашел убежище у выбывшего по старости из банды Джемса Прохаско. И здесь, на Нортс-Кроу-форд-авеню, 2309, в превращенной в маленькую крепость квартире совершается трюк, которого не проделывал еще ни один грабитель. Из Джона Диллинджера, чье лицо известно всей Америке лучше, чем лица голливудских кинозвезд, и чьи отпечатки пальцев знакомы даже сельским полисменам, за 10 тыс. долларов делают другого человека.
Чтобы пополнить опустевшую кассу, Диллинджер с двумя сообщниками 30 июня 1934 г. грабит банк в Саут-Бенде, штат Индиана. Добыча составляет 90 тыс. долларов, однако. на сей раз происходит некоторая заминка. В банке на посту стоит полицейский. Он оказывает сопротивление, его убивают. Но один из кассиров, воспользовавшись суматохой, успевает подать сигнал тревоги. Диллинджеру с награбленным удается удрать, но полиция быстро устанавливает «по почерку», что опять орудовала его банда.
Однако не хитроумные криминалисты, охотившиеся за Джоном Диллинджером, а маленькая, незаметная, ревнивая, женщина погубит государственного преступника номер один.
20 июля в бюро Мелвиса Первиса, шефа чикагского отделения федеральной уголовной полиции, является хозяйка пансиона Анна Сэйдж и с невинной, дружелюбной улыбкой сообщает, что послезавтра вечером у кинотеатра «Байограф» на Линкольн-авеню должна встретиться с Джоном Диллинджером, они собираются вместе посмотреть фильм. Она берется показать полиции Диллинджера. За информацию она требует, чтобы ей гарантировали денежное вознаграждение, назначенное за главаря банды, и обеспечили «почетный эскорт» ФБР до Нью-Йоркского порта, откуда она желает как можно быстрее вернуться на родину, в Европу.
Анна Сэйдж много лет была Диллинджеру самой верной возлюбленной. Когда полиция гонялась за ним, она неизменно прятала его у себя в пансионе, всего в нескольких кварталах от отделения ФБР. Вновь и вновь она прощала ему бесчисленные измены. Но больше прощать не может.
Из последней поездки по Штатам, предпринятой с целью скрыться от полиции после ограбления банка в Саут-Бенде, он привез новую подругу, 20-летнюю Полли Гамильтон. И даже потребовал, чтобы Анна официально признала его возлюбленную, потому что она сама, дескать, для него уже старовата. Это выше ее сил. Он загубил ее жизнь. Она хочет покончить с этом бессмысленным существованием, вернуться в родную Румынию и там начать все сначала. Награда, объявленная за голову Диллинджера, поможет в этом. Вот почему она обратилась в ФБР.
22 июля 1934 г. вечерний сеанс в кинотеатре «Байограф» заканчивался в половине девятого. Здесь начинается последний акт «охоты без милосердия». Пистолет у Диллинджера в руке, но выстрелить он не успевает. С расстояния в два метра полицейский выпускает в него всю обойму. Джон на миг выпрямляется, поднимает пистолет, но тут же падает навзничь на мостовую.
Пули ФБР принесли Диллинджеру легендарную славу, чуть ли не подняли его на геройский пьедестал.
Это началось с похорон в его родном Мурисвилле, сопровоздавшихся всеми почестями. 30 тыс. человек, прибывших специальными автобусами, дефилируют мимо открытого гроба. Присутствует вся местная знать, поет мужской хор, и священник, некогда крестивший Диллинджера, курит над его трупом фимиам.
В последующие десятилетия по образцу этой банды совершены сотни тысяч преступлений.
(Продль Гюнтер. Фемида бессильна. М., 1974).
Гамбург 1946 года. Женщина высвободилась из слишком вольных объятий своего спутника и глазами указала на человека, который, тяжело ступая, шел за ними.
