«Технологии – да, а вот меня… Я ведь тоже иммунный, как и те немногие из вырвавшихся, что смогли здесь выжить. Можно, конечно, было стать кем-то вроде мура, но работать на чужого дядю мне ещё в прошлой жизни очертело. Вот так и живу. А теперь ответь максимально честно, что тебе известно о проекте „Икс-тринадцать“?»
Поначалу странная аббревиатура мне ничего не сказала, хоть и показалась смутно знакомой. Определённо, где-то я о ней уже слышал… Точно!
«Мне после появления здесь кто-то дал препарат с таким названием. Я тогда лежал в отключке, но Даша во сне вытянула из меня всё, что тогда невольно услышал. Откуда ты про него узнал?»
«От старины Азамото. Говнюк и при жизни не отличался многословием, а после смерти так вообще…»
«Получается, что это была группа внешников. Они тогда зачем-то преследовали элитника и наткнулись на меня. Вколов препарат, они отправились к какому-то ретранслятору, чтобы связаться со своими, но так и не вернулись. Это всё, что я помню».
«Ясно, тут есть над чем подумать. Ты молодец, отдыхай».
Да уж, отдохнёшь здесь, как же. С одной стороны – на одну тайну стало меньше, теперь я точно знаю, кому обязан своим состоянием. С другой – вопросов только прибавилось.
Куда делась группа? Если они погибли, то откуда тогда про меня узнали внешники? И самый главный – чего они от меня хотели?
Не на колбасу же пустить…
А постамент уже превратился в самый настоящий пионерский костёр. Я постоял ещё некоторое время, погружённый в собственные мысли, и пошёл обратно к ночлежке.
Поминок (то есть беспощадной попойки) устраивать не стали. Как оказалось – на следующий день караван должен был покинуть станицу. Сборы были недолгими, машину никто не разгружал, так как первый же залп внешников подозрительно точно накрыл здешнюю куцую артиллерию. Но и нового товара не добавили, ввиду нашей разросшейся команды.
С утра первым делом убедился, что слух понемногу возвращается, но радость была недолгая – вскрылись новые проблемы. Лена, накануне не жаловавшаяся на плохое самочувствие, никак не желала просыпаться. Сначала на это внимания никто не обратил – ну, устал человек, бывает. Но потом, когда её начали понемногу тормошить, до всех, наконец, дошло, что на внешние раздражители она не реагирует.
– Что с ней? – спросил я, привлеченный суетой.
Благо теперь разбирать слова хоть с трудом, но уже получалось.
– Скажу одно – это точно не ПМС, – заявил нам Шумахер, почёсывая кончики пальцев, которыми неосторожно коснулся кожи девушки.
– Давно в доктора записался чтоб диагнозы ставить, мазута? – угрожающе спросила Даша, присаживаясь рядом.
Тот на всякий случай отошёл подальше.
В течение нескольких минут Истерика пыталась достучаться до сознания спящей пацанки с помощью своего дара, но ничего существенного добиться не смогла.
– Нужен врач, – заключил Аллигатор.
Север в станицу так и не вернулся, оставшись с другими добровольцами, искавшими выживших внешников. Как оказалось – парочке лёгких машин удалось прорваться и уйти в перелески, окружавшие станицу на протяжении многих километров.
Местный же знахарь – тот самый бомжеватый мужик, лишь бессильно развёл руками. Мол, это не кома, травмы головы нет, разбирайтесь без меня уже в дороге.
Сроки поджимали, и мы волей-неволей вынуждены были тронуться в путь вместе с остальными, чтобы соединиться с боевой частью каравана в условленном месте на закате. В кунге имелось всего две пары нар, так что разместились мы с большим трудом, учитывая габариты некоторых пассажиров. Бессознательную Лену уложили на верхнюю лежанку, под пристальным присмотром Даши, оставившей вместо себя в кабине Аллигатора. За руль сел Шумахер.
Всего выехало восемь машин с розовым кругом, плюс ещё три, напросившиеся в попутчики до следующего стаба. Самое интересное – станицу накануне покинул и сам Пончик, оставив грузовики на попечении одного из своих замов.
Что же такого они там в лесу все забыли? Не кучку же зашуганных беглецов, в самом деле…
Когда проезжали место побоища, где ночью вовсю пировали перерождённые, я вспомнил, что именно хотел спросить у ребят, участвовавших в зачистке вместе с казаками, да позабыл от неожиданных откровений Пончика.
– Сыч, тебе там случайно на глаза Стелла среди трупов не попадалась?
– Это ещё кто?
– Доктор Стерва, – поправился я. – Она жива… Была. До нападения.
– Вот как так! – прорычав, раздражённо хлопнул себя по коленям кваз. – Надо было её вам тогда пристрелить…
– Ты уверен? – нахмурился Сыч. – Рекс прав, шансов-то у неё практически не было.
– Она сказала что-то вроде «мне помогли» и «дорогой ценой», – припомнил я. – Что это могло значить?
Рекс от этих слов взволнованно привстал было, но ему не хватило свободного пространства, и он плюхнулся обратно на жалобно заскрипевшую кушетку.
– Белая жемчужина… – Только и смог пророкотать он.
– Вы представляете, сколько она стоит? – встрепенулась Истерика. – И что ещё за Доктор Стерва? Похоже на порнографическое прозвище.
