Как политик-новатор, Дэн Сяопин стал инициатором создания особых экономических зон в Китае, через которые в страну начался приток инвестиций. СЭЗ возникли в южных провинциях. Это были небольшие территории. Первоначально их различными способами изолировали от остального Китая, вплоть до строительства высоких стен или полос из колючей проволоки. Контролировала передвижение вокруг зон китайская народная армия. Первые две СЭЗ - Шеньчжень и Чжухай - были созданы на границе с Гонконгом и Макао. Две другие - Шаньтоу и Сямынь - на морском побережье напротив Тайваня. Вслед за ними 14 приморских городов, регион в районе Бахайского залива стали открытыми экономическими зонами. А на острове Хайнань создана одноименная новая провинция, сам же он стал специальной экономической зоной. (По типу Хайнаня мыслилось создать открытую экономическую зону в Магаданской области. Эту идею настойчиво пробивал член Совета Федерации В.И. Цветков, впоследствии ставший губернатором богатого Колымского края).
В СЭЗ стремительно двинулся иностранный капитал. В чем же состояла их привлекательность? В первую очередь в льготном режиме для бизнеса и в дешевой рабочей силе. Для предприятий создавалось преимущество в налогообложении, валютных операциях, таможенном режиме, в пользовании землей. Так, налоги на прибыль для совместных и чисто иностранных фирм устанавливались в два раза ниже, чем для отечественных предприятий в отдельных регионах.
Через четыре года после создания в СЭЗ работало свыше трех тысяч предприятий, производивших в год экспортной продукции на десятки миллиардов долларов. Значительная часть этих предприятий принадлежала китайским бизнесменам из Гонконга, Тайваня и Сингапура. Вслед за ними потянулись французские, немецкие, японские и американские фирмы.
Производительность труда в первых СЭЗ была намного выше, чем в среднем по Китаю. Но был в три раза выше и уровень жизни работников. Во всем этом мы убедились в Шеньчжене, самой крупной и преуспевающей зоне КНР. Думаю, Шеньчжень поражает воображение любого непредвзятого человека, впервые приехавшего сюда. За полтора года на границе с Гонконгом вырос двухмиллионный современный город. Отличная архитектура, повсюду высокая степень комфортности, обилие зелени - все это сразу бросается в глаза. На предприятиях, которые пришлось посетить, высокий уровень автоматизации, вся продукция идет на экспорт.
Во время встречи в парламенте председатель постоянного комитета ВСНП настоятельно рекомендовал побывать в Шанхае. Его пригород Падун по решению политбюро ЦК КПК получил статус открытого приморского города. Падун, как и Шеньчжень, вырос на пустынном побережье в течение полутора-двух лет. Он создавался при личной поддержке Генерального секретаря ЦК КПК, председателя КНР Цзян Цземина и поэтому оказался особенно успешным. Так «приморская полоса открытости», детище Дэн Сяопина, стала локомотивом ускоренного развития Китая. Иностранный капитал охотнее всего шел в приморскую зону. С 1990-го по 2005 год общий объем освоенных иностранных инвестиций в Китае превысил 400 млрд. долларов. По этому показателю Китай обогнал все страны мира, кроме США.
Часть либеральных политологов Запада, не являются исключением и их российские коллеги, считают Китай авторитарной страной. Однако остается фактом, что на мировом рынке Китай проводит более умеренную и спокойную политику, чем США и весь блок НАТО. Во всяком случае, Китай не бряцал оружием и нигде не применял силу.
Когда-то венецианец Марко Поло в своих путевых заметках живо изобразил могущество Китая, ставшего родоначальником «четырех великих открытий» - бумаги, книгопечатания, компаса и пороха. Сегодня весь мир внимательно изучает опыт Поднебесной, которая широко расправила плечи, следуя по социалистическому пути. У китайского же народа есть все основания гордиться мудростью и прозорливостью своих лидеров, что позволило в короткие исторические сроки вывести страну в разряд мировой сверхдержавы, второй по значению после США.
Среди руководителей социалистического Китая особое место занимает Дэн Сяопин. В 1992 году он навсегда ушел с политической сцены. Но страна до сегодняшних дней переживает «эру Дэн Сяопина». Он продолжает оставаться духовным лидером Китая, оказывая решающее влияние на ее внутреннюю и внешнюю политику. Дэн Сяопин скончался в 1997 году и был официально провозглашен «великим марксистом, выдающимся архитектором китайских экономических реформ и социалистической модернизации».
После возвращения в Москву в Совете Федерации прошло обсуждение итогов поездки в Китай.
На «круглом столе» обозначились противоположные позиции в оценке сущности китайской экономической модели. В противовес нашим выводам прозвучали две точки зрения.
