Красной нитью прошла на «круглом столе» идея о том, что эффективность зависит от управления, а не от формы собственности, и государственная форма собственности при надлежащем управлении для общества как раз более эффективна. Наиболее ярким примером, на который ссылались участники обсуждения, являлась «шведская» модель социализма.
«Круглый стол» в Совете Федерации, обсудивший проблему усиления роли государства в управлении экономикой, послужил началом всестороннего изучения этой проблемы в экономически развитых странах. Группа членов нашего комитета побывала в Норвегии. За счет эффективного государственного управления экономикой и государственной собственности в ключевых областях народного хозяйства здесь достигли впечатляющих успехов по уровню жизни и росту ВВП на душу населения, обогнав Швецию и Германию. К слову, в 1995 году в Норвегии в государственную собственность перешли все частные поликлиники.
Богатство Норвегии составляют две отрасли экономики: нефть и рыболовство. Стортинг (парламент) страны еще в 1963 году утвердил государственный приоритет на все природные ископаемые. В связи с ростом цен на нефть изменилась налоговая система: с двухуровневой (лицензионные выплаты плюс подоходный налог на компании) до трехуровневой (лицензионные выплаты плюс подоходный налог на компании, плюс специальный нефтяной налог на прибыль). Нефтяные налоги норвежцы инвестируют не только в развитие основной отрасли, но и направляют в другие сферы экономики, а также на дотации сельскому хозяйству и социальному сектору. В Норвегии из года в год формируется бездефицитный бюджет, государство часть средств инвестирует в зарубежную экономику. Благодаря прогрессивному налогообложению доходов население Норвегии реально пользуется всеми социальными благами. Заработная плата персонала, занятого на производстве, является одной из самых высоких в Европе. Оклады же управленческого персонала ненамного превышают ее и считаются одними из самых низких в европейских странах.
Опыт Китая, Швеции, Норвегии, испанской Мондрагоны, который исследовался в те годы экспертами комитета по экономической политике и приватизации Совета Федерации, убеждал и доказывал, что столбовой дорогой для эффективного развития российской экономики является не капитализм, а модель рыночного социализма, определяемая системой сильной государственной власти. Только высокая доля государственной собственности, высокий прогрессивный налог, оптимальное соотношение зарплаты, получаемой элитой страны и рядовыми тружениками, могут обеспечить социальную справедливость. Без нее в государстве трудно сохранить политическое равновесие, избежать конфликтов, достичь необходимого для мирного развития страны согласия между властью и народом.
17 декабря 1995 года состоялись выборы в Государственную Думу. Перед этим Совет Федерации изменил порядок своего формирования: его членами автоматически становились главы российских регионов и председатели Законодательных Собраний. В связи с этими политическими новациями я принял решение баллотироваться в нижнюю палату Российского парламента. Двух лет законотворческой деятельности не хватило для реализации многих предвыборных обещаний, которых ждали мои избиратели. Ключевой для России оставалась проблема национализации топливно-энергетического комплекса страны. Её, по моим тогдашним понятиям, нужно было решать незамедлительно. Я прошел в Госдуму по одномандатному округу, включавшему в себя северные районы области.
Госдума второго созыва представляла собой широкий спектр политических партий: от левой КПРФ до правоцентристских - «Яблоко», «Наш дом - Россия» и ЛДПР. Все депутаты, кто не принадлежал ни к одной из парламентских партий, вошли во фракцию «Народовластие». Мы единогласно избрали руководителем фракции Н.И. Рыжкова. Несомненно, по своему политическому опыту Николай Иванович Рыжков в том составе парламента был самой значительной фигурой.
Писать о Николае Ивановиче одновременно легко и далеко не просто. Легко потому, что человек много лет на виду у всего мира. А непросто по той причине, что Н.И. Рыжков обладает сложным внутренним миром, масштаб его личности и многогранность интеллекта не поддаются привычным способам измерения человеческого характера. В двадцать лет от роду он пришел мастером на знаменитый «Уралмаш». А спустя два десятка лет стал директором гигантского предприятия, по объемам выпускаемой продукции и числу работающих на нем в то время не имеющего себе равных в мировой системе хозяйства. Это был период выдающихся прорывов СССР в космос, освоения нефтегазовых богатств Севера и Сибири, время комсомольской романтики послевоенного поколения юношей и девушек, постигавших мир и строивших его на основе высоких нравственных принципов, не запачканных еще въедливой, как ржа, коммерческой выгодой.
