В 1975 году Рыжков стал первым замминистра тяжелого машиностроения, позднее первым заместителем председателя Госплана. Его жизнь резко изменилась с приходом к власти Ю.В. Андропова. Возглавив КПСС, новый Генсек начал энергично искать талантливых людей на высшие партийно-государственные посты. Так Рыжков в 1982 году стал секретарем ЦК, а в 1985 году - пред- совмина СССР. Он оказался шестым после И.В. Сталина главой советского правительства. Среди его предшественников на этом посту был и А.Н. Косыгин.
В одной из коротких бесед в его парламентском кабинете Рыжков рассказал мне о своих рабочих встречах с Алексеем Николаевичем, которого высоко ценил. Косыгина он считал образцом для подражания. Помню фразу, которую в той беседе обронил Николай Иванович: «А.Н. Косыгин очень высоко поднял человеческую и профессиональную планку главы правительства, он заставлял всех чиновников относиться к управлению экономикой и социальной сферой как к искусству. Работал на износ, несмотря на возраст, не считался со временем, был легок на подъем: объездил не по одному разу все крупные стройки страны».
Позднее я вспомнил этот разговор о Косыгине, когда с группой губернаторов России побывал на газовых промыслах Ямала. В теплом уютном автобусе мы ехали через заснеженную тундру. Был март, но морозы держались на отметке 35-40 градусов. Моим соседом оказался главный инженер промысла, человек немолодой, как оказалось, уже переступивший черту пенсионного возраста. Можно было возвращаться на «большую землю», где жили его жена и дочь. Правда, полгода он прожил с семьей на своей родине в Татарстане. На большее не хватило сил. Оказывается, он заболел Севером, как многие из его товарищей-промысловиков. В Елабуге, тихом спокойном городке, не находил себе места, душа рвалась в морозное Заполярье. Снова вернулся на Север, где его встретили с распростертыми объятиями.
Мой попутчик много рассказывал об освоении газовых месторождений, о своих товарищах, об их выдержке, преданности делу и сложившемуся северному братству. «Они все, без преувеличения, - добавил мой собеседник, - как капля воды, похожи на героев повестей и рассказов Джека Лондона. Такие же упрямые и бесстрашные». И среди этих людей с железным характером, покорявших дикие просторы России, назвал одно имя, принадлежащее конкретному человеку. Произнес его с особой теплотой и сердечностью. Речь шла об А.Н. Косыгине, главе Советского правительства. «Если бы не Косыгин, - заметил мой рассказчик, - мы бы не имели таких масштабов добычи и переработки газа. И трудно сказать, чем бы жила страна сейчас». Оказывается, Предсовмина СССР только на Ямале в период освоения газовых и нефтяных месторождений побывал пятнадцать раз. В ту пору не было современного покрытия на аэродромах, и главе союзного правительства приходилось добираться в далекое Заполярье на легких самолетах. Встречали его без шумихи и помпы, по-рабочему четко и деловито. Вникал Косыгин во все мелочи и детали, а после отъезда принимал оперативные решения. Все делалось быстро, по-государственному надежно и прочно.
Вот этим косыгинским искусством руководить многоотраслевым народным хозяйством страны, ее социальной сферой в полной мере владел и Н.И. Рыжков. Но ситуация, когда он занял одно из державных мест в стране, становилась напряженной, система управления экономикой начала давать серьезные сбои. На страну обрушился разрушительный ураган горбачевщины. Место конкретных дел и государственных мероприятий заняли пустозвонство и дилетантизм. В том, что преобразования стучались в дверь, мало кто сомневался. Вопрос нуждался в уточнении: как выбрать более верное направление. Требовалась полноценная модернизация народного хозяйства, корректировка социальной жизни огромной страны. Не дикая ломка, устроенная позднее под видом «реформ».
То, что предлагал Рыжков, соответствовало пути, избранному Китаем: использование рыночных механизмов при значительном контроле государства и компартии. Горбачев же от безысходности, вызванной его беспорядочными метаниями, начал сваливаться в колею дикого капиталистического рынка, который впоследствии российский златоуст, премьер-министр РФ В.С. Черномырдин назовет «большим базаром».
В 1989 году горбачевская команда начала гнусную травлю Рыжкова, которая длилась без малого два года. В начале 1991 года Горбачев в качестве президента СССР ликвидировал существовавший в нашей стране почти сто лет Совет Министров и создал Кабинет министров, подчинявшийся лично ему. В этой конструкции места для противника реформ Рыжкова не нашлось.
