Как бы в подтверждение его слов, издалека донесся глухой удар грома. Внезапно порыв сильного ветра вынудил зашелестеть тысячи листьев. Едва только они двинулись в путь, как пошел дождь, и стало ясно, что уйти от грозы не удастся. Сначала с неба упало несколько крупных капель, а затем хлынул настоящий ливень. Молодым людям пришлось вернуться под надежную крону могучего дерева. В следующее мгновение стена теплого летнего дождя ударила сбоку по толстому стволу ивы и двум прижавшимся друг к другу влюбленным. Ингмар, пытаясь как можно больше закрыть жену от ливня, обхватил ее покрепче своими большими руками. Пока молнии сверкали вдалеке, Клариссе было не очень страшно, но, когда они стали вспыхивать в непосредственной близости, трепет охватил измотанную страшными событиями этого трудного дня молодую женщину. Вспышки молний происходили в воздухе, кругом, повсюду. Молнии блистали очень часто и имели кровавый оттенок. Раскаты грома были мощные и размашистые — Кларисса со страхом ощущала, как от них содрогались земля и воздух. После каждого сотрясения дождь шел еще сильнее. Граф прижал жену к стволу ивы и все время старался прикрыть ее своим телом от дождя. Обнявшись, они стояли, не говоря друг другу ни слова. Сквозь промокшую ткань Ингмар ощущал нежное тепло ее тела и слышал сильные удары сердца испуганной жены. Руки викинга опустились ниже, он захотел приблизить ладони женщины к своим губам, чтобы успокоить ее. Но в это мгновение почувствовал, что Кларисса что-то держит в руках. Повернув запястье женщины, норманн увидел, что она сжимает кинжал.
— Что это, дорогая?
В разжавшейся руке викинг увидел изогнутый восточный клинок. Он посмотрел на него и положил на скамейку.
— Тебе не знакомо это оружие? — настороженно спросила графиня.
— Видел похожие в Итиле, столице далекой Хазарии, но такой я бы не купил… Мне нравятся кинжалы потяжелее. Откуда он у тебя?
— Я его нашла в твоих вещах! А ведь это кинжал моего отца! Он был у него, когда они с мамой отправились в аббатство.
— Я вижу, что все эти чудеса из одной истории. Дома ты мне все расскажешь. Но сейчас тебе надо успокоиться. Ты вся дрожишь! — он склонился к ней и осторожно поцеловал.
Кларисса вздрогнула, когда Ингмар начал медленно и нежно ласкать ее груди.
— Я безумно люблю тебя! — выдохнул он, гладя полные груди, обтянутые мокрым платьем, — всю эту неделю, когда мы с тобой были в ссоре, я горел в адском огне.
Его рука, скользнув по животу, остановилась на пухлом холмике. Она, как зачарованная, смотрела в его красивое лицо, видя в горящих глазах мужа сумасшедшее вожделение. Ингмар снова опустил голову — Кларисса и не заметила, когда он освободил груди от влажной ткани, лишь тихо вскрикнула, когда его горячие губы прикоснулись к затвердевшим от холода соскам. Томная нега разлилась внутри молодой женщины, когда жесткий рот впился в пылавшую блаженной болью грудь — соскучившееся по его объятьям тело с упоением отозвалась на пылкие ласки, предвкушая наслаждение.
Она забыла о своем страхе перед грозой, о том, что они стоят под дождем, прижавшись к грубой шершавой коре старой ивы, и промокли до последней нитки — во всем мире важен был только он и его жгучие ласки. Один удар грома был особенно оглушителен. Молния ударила как раз в той стороне острова, где находилась старая ива. Волны энергии огромной силы бушевали в природе и, проникая в возбужденные страстью тела, заставляли трепетать сердца влюбленных еще сильнее. Кларисса судорожно прижалась к горячему телу мужа, но его пылкий поцелуй заставил ее забыть о грозе.
Он немного повозился с завязками своей одежды, мгновение спустя приподнял мокрый подол ее платья и коленом заставил пошире раздвинуть ноги. Кларисса почувствовала, что его твердые пальцы раздвигают складки ее сокровенного места. Ингмар взял ее руку и положил на свой горячий стержень. Она поняла его желание и стала осторожно сжимать и поглаживать упругую бархатистую плоть. И страсть вспыхнула в молодой женщине. Кларисса прижалась к мужу и так сильно вздохнула, что ощутила, как заболела грудь. Она продолжала пылко ласкать его естество, и разгоряченный мужчина обрушил на жену град иссушающих поцелуев. Пальцы Клариссы невольно сжались чуть крепче, и низкий, почти звериный стон вырвался из груди мужчины. Ингмар отстранил ее руку и, подхватив ее под ягодицы, начал медленными толчками входить в нее.
