– А чего бояться, – ответила я. – Мы – ведьмы, и мы должны быть друг за друга, иначе наше тёмное искусство иссякнет. Мы, конечно, справимся и без Верховной, но большая доля знаний потеряется во времени. И ты не забывай, – повернулась я к Угольку. – Она моя мама, и я обязана ей своим рождением. Даже тот факт, что она отреклась от спокойной и мирной жизни с папой стоит очень много. Одна женщина может многое, но, когда у нее есть тот, на кого она может опереться – значит многое, если не всё. И кто знает, какая бы была моя жизнь, если бы в ней была мама.
Уголёк вздохнул – громко и протяжно, словно сделал выводы из моего монолога.
– Думаю, они придут утром, – махнул хвостом кот, снова запрыгивая на сундук. – Давай поспим пару часов.
Я как раз допила отвар, и согласилась. Собственно, почему нет? Книгу читать прямо в этот момент не было никакого желания.
Утром меня разбудил рассвет, и когда я уже натягивала сапоги, ведьмы показались на краю опушки леса. Обе надели штаны и удобные сапоги, а Риса ещё и заплела тугую косу, которая болталась за её спиной.
Мы вышли, едва заря накрыла лес, полностью прогоняя ночь. Мой Заря молчал, но это было очень приятное молчание – я ощущала его присутствие, но оно не довлело, а напоминало благожелательное соседство. Со стороны, наверное, это выглядело необычно – три, по-дорожному одетые женщины с рюкзаками за плечами идут через лес, который неочевидно, но ощутимо помогает им – уберет мешающую пройти ветку или легонько подвинет камень, чтобы было удобно перейти ручеёк или болотце.
К вечеру мы вышли из леса, сделав в течение дня всего один привал – лес будто делился силой, помогая нам, и мы почти не устали. Я сверилась с пергаментной картой, которую взяла с собой. Мы отправились на юг, мимо деревни Михеево, огибая крупные дороги и торговые пути.
Южный лес был недалеко. И пока мы шли, я размышляла о том – кем же является мой рыжий эльф? Почему он оказался именно в нашем лесу, и как это произошло? Я прикидывала то так, то эдак, и пришла к выводу, что, возможно он просто шёл лесом именно потому, что в нём легче спрятаться, и Милава, если это была она, могла потерять следы мужчины в лесу.
Лес, ведь, как известно, помогает тем, кто попал в беду, и мешает тем, кто замышляет что-то плохое.
От южного леса можно было легко добраться до моря – там был красивый Завельский порт. А море – оно так прекрасно, и мне почему-то очень захотелось, чтобы Анарендил нашёл меня там, у моря, и мы бы встретили закат, и возможно рассвет, прогуливаясь по побережью босиком.
Я начинала думать об эльфе так, словно это было не мимолётное утреннее приключение, и его исчезновение не более чем временное отсутствие, и он вот-вот вернётся, откроет телепорт, и обнимет меня.
К полуночи мы были у небольшой деревушки под названием Михеево, в которой горела всего парочка окон. Мы обошли её вокруг, чтобы не привлекать к себе внимания, и вышли к южному лесу к середине ночи.
– Думаю, здесь отдохнём, – выдохнула Ведана, и сбросила с плеч рюкзак. Риса сделала тоже самое, и с удовольствием уселась на землю с протяжным стоном.
– Всё же я устала, – высказала она общую мысль. Последние несколько часов я только и делала, что думала о том, как я сяду и вытяну ноги, стараясь не споткнуться обо что-нибудь. Мы расположились среди деревьев, накинув отвод глаз, опять же, чтобы не привлекать к себе внимания. Ведана быстро развела небольшой костёр, и достала еду из наших рюкзаков. Уголёк, встретившись со мной взглядом, многозначительно вильнул хвостом и скрылся в стволах деревьев.
Я легла на землю в траву и стала разглядывать звёзды. Возможно, где-то в Сидхе, именно сейчас Анарендил тоже смотрит на эти же звёзды, и думает обо мне.
А может быть, он просто был моим видением. И я настолько сильно устала быть одна, без любви, что придумала себе рыжего эльфа.
Я усмехнулась своим мыслям. Даже если он – всего лишь моя выдумка, то до чего же хорошо я его придумала!
Размышляя таким образом, я задремала. Риса разбудила меня, когда в котелке, который она взяла с собой, уже закипела вода, и она разливала её по нашим кружкам.
– Пей, Гли. Я собрала немного травок. Здесь хороший лес, достаточно влажно. Травы растут густые и сочные, – она одобрительно погладила рукой землю, бережно расправляя травинки.
Лес дышал. Любой лес дышит, и это можно услышать, но только ведьмы обращают на это внимание. Южный лес дышал свободно, и, если глубоко вдохнуть, можно было ощутить легкий аромат моря и привкус соли на губах. Я снова замечталась, не заметив, как Риса сунула мне в руки огромный бутерброд с мясом и овощами.
– Ты сама не своя вторые сутки, Гли, – высказала Ведана, видимо их общую с Рисой мысль на двоих. – Обычно ты рассудительная и внимательная, а эти два дня словно в облаках витаешь.
Я улыбнулась. Я всё ещё не хотела ни с кем обсуждать эльфа.
– Да ладно, оставь, – с усмешкой махнула рукой Риса. – Думаю, скоро мы узнаем причину её поведения. Вспомни, Бог устроил для неё какое-то личное счастье.
