Риго застонал, пытаясь вспомнить, что произошло. Последнее ясное воспоминание было о том, как этот проклятый бон Хаунсер говорил что-то о Марджори и Сильване. Сильван ушёл с ней.
Но с ними Тони, напомнил он себе, и священник, и два монаха. Вряд ли у них будет шанс остаться наедине. Нет, Марджори никогда не изменяла ему. Марджори никогда не была виновна ни в чём из того, в чем он её обвинял. Она никогда не отказывала ему. Всегда позволяйте ему войти в её комнату, в её постель. И теперь Марджори была… Ну, где она была?
– Есть новости о моей жене? – спросил он, когда вспышка ясности сменился чувством нарастающей боли.
– Тише, – сказала женщина, пристально вглядываясь в лицо Риго. Риго почувствовал, что его снова непреодолимо затягивает в трясину сна. Во сне он увидел Марджори. Марджори наедине с Сильваном.
***
Риллиби забрался на вершину высокого дерева, а затем снова спустился, чтобы сказать им, что через болотный лес нет пути в Коммонс. По крайней мере по земле. Путь через деревья займёт достаточно много времени, но, по его словам, он сможет добраться туда, если возникнет такая необходимость. Затем он лег рядом с братом Майноа и погрузился в круговерть повторяющихся тревожных сновидений.
Лис поблизости не было. Некоторое время назад путники располагались в доме, в то время как жарко лисы что-то обсуждали между собой. Среди них вспыхнул спор, который ощущался людьми накатывающими на их разум волнообразными вспышками. Через какое-то время они почувствовали, что лисы их заметили, а потом появилось странное ощущение, как будто один из расы фоксенов сказал другому: «О, мы угнетаем умы этих маленьких человеческих существ. Нам лучше сейчас уйти подальше от них». После ухода лис брат Майноа казался ещё более утомленным, чем когда-либо, отягощённым тяжелым бременем своего возраста и свалившихся на него забот.
– Они не скажут мне, – воскликнул он. – Они знают, но мне не скажут.
Марджори догадывалась, чего они не скажут. Раса лис знала о чуме всё, она была в этом уверена. Они знали, но не сказали. А бедный старый Майноа был так устал, что она так и не решилась предложить ему попытаться поговорить с ними о чуме побольше.
Тони и отец Джеймс отправились исследовать Древесный город. Марджори думала, что Сильван пойдёт с ними. Но Сильван решил остаться. Теперь, когда Марджори была вдали от своей семьи, от своего мужа, который стоял непреодолимой преградой между ними, ему снова захотелось поговорить с ней о своей любви. Она, вероятно, снова приказала бы ему уйти. Что же, он скажет ей, что ему некуда идти. Так он сказал себе. Так он говорил себе в течение некоторого времени.
Удивительно, но она не попросила его уйти. Вместо этого она посмотрела на него со странной отстранённостью.
– Я нахожу тебя очень привлекательным. Сильван. Я и Риго находила привлекательным до того, как мы поженились. Только потом я узнала, что мы совсем не подходим друг другу. Интересно, было бы то же самое с тобой.
Что было на это сказать?
– Не знаю, – сказал он запинаясь. – Я действительно не знаю.
– Он ни разу не позволил мне войти в его мужской мир – сказала она с грустной улыбкой. – Он не замечает, кто я есть, принимая меня за ту, коей я не являюсь. У Эжени дела обстоят намного лучше, чем у меня. Он очень мало от неё ждет, и это ей только на руку. Она податливая, как глина. Она подстраивается под него. Сначала я тоже пытался быть такой. Но это не сработало. Я могла бы быть кем-то другим, может быть другом, но это не соответствовало его представлениям о том, какой должна быть жена, так что мы не очень хорошие друзья, Риго и я. – Марджори повернулась к Сильвану, устремив на него пристальный взгляд. – Я никогда не полюблю никого, кто не будет мне другом, Сильван. Интересно, мог бы ты стать мне таким другом?
– Конечно!
– Ну что же, приступим! – она улыбнулась ему, изогнув губы в печальной полуулыбке. – Сначала я должна найти своего ребенка. У меня нет выбора, кроме как сделать это или убить себя, пытаясь сделать это. Ты можешь мне помочь. Если же мы справимся, то нас ждет другая задача. Люди умирают повсюду. Мы должны попытаться найти решение. Постепенно, если мы успешно выполним свою миссию и не умрём, наша природа проявится, и мы сможем понять друг друга лучше. Возможно, мы могли бы стать друзьями.
– Но, но…
Она предостерегающе покачала головой.
– Если ты не хочешь этого делать, тогда ты мог бы показать свою любовь, о которой говоришь, просто оставив меня в покое. Прошу прощения за то, что потащила тебя с собой, но мне нужно было, чтобы ты вёл нас. Извинения – это все, что я могу предложить. Пока мы не найдем Стеллу, я не могу тратить время ни на что другое, даже на споры.
Марджори встряхнула головой и волосы упали на её лицо, словно золотая вуаль.
В отдалении раздался голос Тони. Когда он подошел ближе, они почувствовали, что его и отца Джеймса сопровождает Первый.
– Это друг брата Майноа, – многозначительно сказала Марджори Сильвану.