– Когда я был непослушным ребенком, я обнаружил, что мог держаться подальше от гиппеев, если у меня в голове будет пусто. Небольшой дар, который у меня есть или был тогда, которого, похоже, нет ни у кого другого. Иногда я ускользал в траву на несколько часов кряду. Не очень далеко, просто дальше, чем кто-либо другой осмеливался зайти. Если я оказывался с рощей, то находил дерево и забирался на него, а потом лежал там с подзорной трубой и наблюдал за всем, что происходило. Я видел, как Фоксены едят гляделки. Их легко поймать. Это не что иное, как кишка с небольшим количеством плоти вокруг неё и рудиментарными ножками по бокам. Я бы хотел посмотреть на их метоморфоз.
– Если ты сможешь добраться до Опал-Хилла до того, как закончится Пауза в Охоте, я могу показать тебе, где находится та пещера.
– Я больше не ребенок. Я уже не так хорош в этом, как когда-то. Если бы в радиусе нескольких миль от меня были гиппеи, я не уверен, что они мне разрешили бы вернуться.
Аэрокар снизился ещё раз. Сильван пожал руку Марджори, затем поблагодарил Персана Поллута. Машина вернулась в Опал Хилл и приземлилась на гравийной площадке, где Марджори пожелала Персану спокойной ночи и направилась к боковой двери, которая была ближе всего к её собственным апартаментам. Приблизившись, она снова услышала громоподобные раскаты, где-то в траве.
Голос Риго, неожиданно раздавшийся за спиной, заставил её вскрикнуть.
– Могу я поинтересоваться, где ты была?
– Я полетела с Персаном Поллутом, чтобы отвезти Ровену бон Дамфэльс в Коммонс, Риго, где она могла бы получить медицинскую помощь. С ней были её сын и две служанки. Мы высадили его в деревне бон Дамфэльсов и сразу вернулись домой.
– Ровена?
– Ставенджер избил её – боюсь, сильно.
– За что? – удивлённо спросил Риго. Для него такое поведение означало лишиться чести чести.
– За то, что она пришла сюда, к нам спросить о Джанетте. Ровена и Сильван пришли сюда, чтобы спросить о Джанетте. Они надеялись… надеялись, что Димити может вернуться живой. Димити. Младшая дочь Ровены. Сестра Сильвана. Девушка, которая исчезла. Вот почему они были здесь.
***
В ту же ночь, в одном из двориков Стейна, эстансии бон Мокерденов, Обермам Джеральдрия опасливо открыла дверь и осмотревшись вышла наружу. Её волосы рассыпались по вздымающимся плечам, когда она горько плакала в полотенце, которое прижимала к лицу. Через некоторое время она подняла покрасневшие глаза, чтобы постоять так, вглядываясь в ночь, не в силах ничего разглядеть из-за темноты и пелены слёз. В дальнем конце двора были ворота, ведущие на тропинку, идущую в деревню Мокерденов. Она тяжело подошла к воротам, открыла их, затем поманила кого-то к открытой двери.
Из тени дома медленно появились две фигуры. Одна из них была служанка Джеральдрии, Клима. Другой была Гусиная девочка Джанетта бон Мокерден, беспрестанно покачивающаяся под объёмным плащом, как будто под звуки музыки, которую могла слышать только она, её лицо было совершенно спокойным в желтом свете фонаря. Клима плакала, Джеральдрия плакала, но Гусиная девочка не подавала никаких признаков беспокойства.
Обермам придержал ворота открытыми, когда Клима приблизилась.
– Отведи её сначала в деревню, Клима. Затем, как только появится возможность, отвези её в Город Простолюдинов. Посмотрим, сможет ли доктор Бергрем… посмотрим, сможет ли Лиз Бергрем ей помочь. Я должна был отпустить её к доктору раньше. Я думала, она научится узнавать нас.
Джеральдрия еще раз прижала промокшее полотенце к лицу, заглушая звуки, которые, казалось, не могла сдержать. Когда спазм прошел, она порылась в кармане в поисках кредитного чека, который положила туда ранее. – На это купишь всё, что тебе нужно. Если будет нужно больше, чем это, дайте мне знать. Скажи доктору Бергрем… скажи доктору, чтобы она отослал её подальше с Травы, если это поможет ей.
Клима чек в карман. Она взяла Гусиную девочку за руку, чтобы та не пустилась в пляс, и потащила её через ворота к дорожке.
– Это не её вина, – сказала Клима, оборачиваясь.
Джеральдрия воскликнула: – Димот так не думает. Он говорит, что Джанетта виновата во всём сама. Он говорит, что иначе этого бы не случилось с ней. Винс согласен с ним. Забери её, Клима. Я больше не могу этого выносить, – она побежала к дому и скрылась из виду, закрыв за собой дверь.
Клима взяла девочку за руку и повела её по тропинке, свет от фонаря освещал их маршрут, столь же хорошо известный Климе, как комнаты в её собственном доме. Она отошла достаточно далеко, чтобы быть скрытой от дома травой, когда кто-то вышел позади неё и натянул мешок ей на голову, сбил с ног и завязал узлом верёвку на её лодыжках. Клима была слишком удивлена, чтобы кричать.
Она выпрямилась и нащупала веревку, торопливо развязывая узел пальцами. Она услышала звук аэрокара, взлетающего из травы. Наконец узел развязался, и она сняла мешок, поворачивая фонарь вокруг себя и вглядываясь.
Она звала, рыскала в траве, даже привела нескольких мужчин из деревни, чтобы они помогли ей в поисках, но всё тщетно – девушка исчезла.
***