— Звучит как фантастика. Тетка-цветочница и сторож совершили подъем. Совершенно запредельной силы. Первая категория, хотя я таких незарегистрированных не знаю. Тем более — в возрасте. Пока они кого-то тащили, очень много распылили и зацепили Егора. Что уж они там творили — я не скажу, но некроманта они подняли на остаточном эффекте. По случайности. Таких проблем, как эта, никому и за миллион не нужно, не то что на халяву. Пока Егор набирался сил и вставал — основной подъем закончили, и они ушли. Сторож остался. Может, прибраться, или следы замести, или Настин труп поглубже припрятать — и попал Егору под холодную руку.
— Ну и скажи мне, кто ж среди вас такой талантливый? Ну, кроме вашего директора, которому уже царствие небесное? — тетя Лида стукнула ладонью по столу так, что чашки звякнули. — У меня Матфей, тот самый, который всех вас на Рассоху перетаскал, чаи гонял каждый раз. С наливкой. Все ныл, что мельчаете — за последние лет десять ему попался только один новичок четвертой категории. Все остальные — от пятерки и жиже...
— Тетя Лида, не машите так рукой, — подал голос Егор. — У вас справа, под ребрами, пятно. Оно горячее всего остального. Наверное, врача надо. Со спины мне хорошо видно.
Тетя Лида мрачно смерила Егора взглядом:
— Знаю. Через две недели положат на операцию. Рак это, голубь мой. Самый настоящий, — она отвернулась и с преувеличенной тщательность стала нарезать остатки макового рулета. — Зато смотри, какое чудесное применение тебе нашлось. Диагностика без рентгенов. Разберетесь, что к чему, и откроете центр волшебной терапии. А у кого неутешительный прогноз — вот специалист по эвтаназии сидит, броней стучит. Что у вас лица сделались, как будто я уже ваша клиентка? Не дождетесь. У меня еще планов на десять лет вперед. Вот, питомник для рододендронов собираюсь завести. Сосед, который из коттеджа, обещал саженцами поделиться — им от прежних владельцев три куста досталось. Когда цветут — все Шушенки смотреть ходят. Только погляди, я на прошлой неделе сфотографировала, — тетя Лида суетливо полезла в карман кофты, достала телефон и подсунула Луке под нос экран. — Видишь, вот это даурский, а это ледидора.
Лука телефон взял, состроил понимающее в рододендронах лицо, но на тетю Лиду продолжил коситься с сочувствием. Потом передал телефон Насте, которая из вежливости взглянула на фото. После маминых гераней и фиалок, которые пришлось нюхать все детство, идеальными цветами она считала кактусы: не пахнут, поливаешь когда придется, помрут — не жалко. На фото же было нечто пятнистое и пышное, удивительно яркого цвета. Настя листнула на следующее фото и чуть не выронила телефон — на экране, рядом с высоким зеленым кустом, стоял давешний покойный сторож с Раевского, держал в руках опрыскиватель и смотрел недовольно.
— Так что рано вы меня в свои списки вносите. Да и упокоя я в завещании не указывала. Полежу еще в первой форме, — устало закончила тетя Лида, убеждая скорее себя, чем собеседников. — Голуба, ты чего там застыла? Цветочки понравились? Вот летом приедешь — я тебе уже свои буду показывать.
— Это тот самый сосед, который вам лестницу починить обещал и рассаду дать?
— Да.
— Не ждите, не починит. Умер он, — Настя осторожно, как гадюку, положила телефон на стол. — Его Егор на Раевском раскатал.
— Настя, ты уверена? — Лука схватил телефон, отсмотрел фотографии, иногда отрываясь от экрана и щурясь, словно стараясь что-то припомнить. — Это точно тот самый мужик?
— Уверена. Он под фонарем стоял. Лицо такое недовольное. Усы. Точно он.
Лука снова сморщился, потом сильно растер виски и несколько раз пятерней прошелся по густым черным волосам, делая из прически воронье гнездо. Потом опомнился, пригладил все обратно, чем дела совсем не поправил. Настя уже потянулась к карману за расческой, потом спохватилась, что карманы не ее, что сама в зеркало последний раз смотрелась еще дома и на ее голове наверняка ситуация еще более плачевная.
— Не помню. Странно. Он меня старше ну максимум на пятнашку. Должен я его знать, если он категорию получал. Егор, глянь!
Вставший медленным слитным движением поднялся с пола, заглянул в телефон.
— Не было у нас такого. Как раскатал — не помню. Может, приезжий.
Лука прищелкнул пальцами, ухватившись за мысль:
— Чего мы гадаем, когда у нас тут свидетель сидит. Теть Лида, давайте выкладывайте: откуда сосед, почем купил этот коттедж? Откуда вообще в Шушенках коттеджи? И если вы еще свечение на погосте с этим типом воедино свяжете, я буду биться как лев, но достану вам полицейскую страховку на медобслуживание. Кстати, если не свяжете — все равно буду биться. Мне тут Каин задолжал немного.
