Юрий спустился в полуподвальное помещение. Толкнул обитую дерматином дверь и вошел в тренажерный зал, освещенный белыми люминесцентными лампами. Посетителей сегодня было немного. Но Юрий сразу отыскал глазами того, кто ему был нужен. Тот сидел за столиком и записывал что-то в журнал.
Терпухин подошел прямо к нему. Силач зыркнул исподлобья, увидел Терпухина и сник.
— Здравствуй, Боря, — сказал Юрий.
— Привет.
— Значит, так, друг мой. Помнишь, что мы с тобой обсуждали год назад?
Боря вздохнул. Он помнил. И ему это не нравилось.
— Тогда поделись со стариком адресом.
— Но вы же не скажете, что это я дал? — уточнил Боря.
— Не только расскажу — я повешу огромную афишу, которая расскажет всем: подпольный катран Зораба-оглы сдал Боря Маковей.
— Не шути так, — проговорил Маковей, который был у Юрия в долгу с прошлого года. Однако память о добре сильно потеснил страх за собственную шкуру.
— Я не скажу никому и ничего. И ты прекрасно это знаешь, придурок.
Боря нацарапал на листочке адрес. Это было в трех кварталах от того места, где он сейчас находился.
Терпухин похлопал по плечу Маковея и отправился на поиски дальше.
Катран только так назывался — на самом деле там играли едва ли не в открытую. Милиция сюда не совалась — ей было щедро заплачено. Правда, для жителей окрестностей катран был большой проблемой. Его старались обходить стороной.
Прежде чем устроить эффектный вход, Атаман поправил сумку так, чтобы до револьвера можно было добраться в считаные секунды, и спокойно распахнул дверь.
Внутри было почти темно — мрак рассеивался только лампами над тремя игорными столами.
Юрия заметил бдительный охранник и попытался его остановить. Юрий, не тратя времени на объяснения, отправил его в нокаут.
Терпухин, не задерживаясь, прошел по залу, ногой распахнул вторую дверь и оказался в подсобном помещении.
Трое находящихся там кавказцев его появлению не обрадовались. Это выражалось в том, что они резво вскочили со стульев и бросились на Атамана. Тот не растерялся, поскольку знал, что примерно так его и встретят. Стремительным движением выхватив из-за пояса нож, Юрий, даже не раскрывая его, ударил по голове первого нападавшего. Удар пришелся в скулу. Лопнула кожа, хрустнула кость. Пожалуй, этот парень теперь надолго ляжет в травматологию.
Двое других подоспели практически сразу после этого триумфа. Атаман даже пропустил увесистую плюху в корпус. Но так, по касательной. Ответил куда более точно — ногой в живот одному, отбросив его на второго. А потом, уже от всей души, второму досталось по зубам торцом нераскрытого ножа.
Терпухин присел на корточки возле того, кто получил ногой в живот. Пытаясь вздохнуть, тот пополз прочь от Атамана. Терпухин придержал его, развернул к себе и спросил почти ласково:
— Ну что, говорить будем?
Кавказец всем своим видом показал, что будет.
— Хорошо, — сказал Юрий. — Скажи, не появлялся ли в городе кто-то необычный?
Кавказец скорчил непонимающее лицо. И тут же получил по физиономии.
— Кого нужно? — захныкал он.
— Кого угодно. Кого-то необычного, появившегося в городе, может быть, около месяца назад.
— Да черт его знает! Их тут приезжает как собак нерезаных.
— Спокойно, без истерики. Мне все не нужны. Интересуют в первую очередь чеченцы.
— Их тоже много. Может, хоть какие-то приметы есть?
— Ну, скорее всего кто-то лет пятидесяти. Или больше. В обязательном порядке носит бороду. И наверняка считается большой шишкой. Охрана, почет и все такое.
Кавказец всем видом стал изображать, как ему плохо.
Юрий, не строящий никаких иллюзий относительно истинных причин такого поведения, ударил свою жертву еще раз.
— Ой! — завопил кавказец. — Я вспомнил! Приезжал такой, жил у Мирзоева. Но он уже уехал.
— Точно знаешь, что уехал?
— Точно знаю!
— И куда уехал?
— Не знаю. То ли обратно, то ли где-то в городе. Я не знаю!..
Атаман отпустил бедолагу. Он понял, что большего этот прощелыга не знает. А вот то, что Мирзоев промолчал, это нехорошо. В первую очередь для самого Мирзоева. Но каков стервец! Юрий его только что заживо не поджаривал, а он все равно молчал. Ну, тем хуже.
Терпухин вышел на улицу, осмотрелся. Было уже совсем темно. Прикинув, что квартал тут, пожалуй, не самый спокойный, Юрий дошел до ближайшей людной и освещенной улицы, вызвал такси.
Когда машина подобрала Атамана, тот назвал домашний адрес Мирзоева.
Мирзоев, как и полагается человеку авторитетному, жил не в квартире, а в собственном доме на окраине Хостинского района. Дом был не очень большим, но его внешний облик наглядно свидетельствовал о том, что его хозяин имеет деньги, и немалые.
Около дома тоже было на что посмотреть. Квадратный двор, огражденный невысоким забором, был отдан в распоряжение дизайнеру. Тот постарался на славу, расчертив газон симпатичными дорожками и органично вписав в пейзаж несколько клумб.
