— Старт через минуту, — буркнула я, подзывая Фунтика и, вскочив на змея, направила его на стартовую прямую.
Каспер ментально продемонстрировал пунктир на карте, который должен беспалевно увести нас в сторону от основного маршрута.
Солнце играло на макушках багряных барханов, сверкало мириадами искр, отчего казалось, что красная пустыня несётся вперёд вместе с нами. В лицо с размаху бил сухой зной, и я порадовалась, что в комплект для финального тура вошли гогглы и плотная повязка на лицо, которая крепилась под бортами шляпы. Касперский тоже был в гогглах, но от повязки отказался. В силу своей териоморфной природы он мог прекрасно обходиться без воздуха какое-то время.
— Обижаешь, Ритка, — проворчал котецкий, когда, благополучно уйдя с основного маршрута, я расправила смятый бумажный листок, полученный от Кристера в день нашего прибытия на Террасуот, и вгляделась в давно вызубренные наизусть координаты.
— М-м? Ты о чём?
— Всё в этой гениальной голове! До последнего градуса! — заверил Каспер, тыча лапой себе в макушку.
— Не сомневаюсь.
— Тогда зачем… — котецкий осёкся на полуслове, а затем вдруг ка-ак заорёт: — Ложи-ись!!!
Тело отреагировало мгновенно: я распласталась животом на магнитной броне, придавив британца, который только икнул, но не возражал. Над макушкой несколько раз свистнуло, и моя замечательная белая, отделанная кружевом шляпа, слетела.
Вместе с повязкой, тьма!
Фунтик резко вильнул влево, и я, вцепившись в броню обеими руками, чудом осталась на его спине. Прижавшись к маназмею ещё сильнее, я направила его в сложную петлю, уходя от следующих выстрелов.
Это были именно выстрелы! Ни дать ни взять!
Что выбесило просто до крайности!
Потому что одно дело — пытаться подставить новенькую, чтобы её турнули с гонок, и совсем другое — стрелять по живой мишени!
Нет, ну есть ум или нет?
Над верхушками багряных дюн показались замотанные в тряпки головы, и я поняла, что те, кто стрелял, никакого отношения к адептам академии Пси не имеют.
— Петлю, Ритка! — верещал Касперский. — У них пули самонаводящиеся! По магниту бьют!
— А я что делаю?! — продолжая выписывать Фунтиком самые немыслимые кульбиты, прорычала я.
— Да не ту петлю, тьфу! Заклинание!
Только сейчас до меня дошёл смысл подсказки Касперского.
Сообразив, о какой именно петле речь, я мигом вытянула из браслета на запястье сгусток силового поля и, сцепив зубы, принялась вить из него верёвку. Если б Каспер не перехватил управление маназмеем, нипочём не справилась бы!
Но уже спустя минуту, показавшуюся мне как минимум вечностью, я перекинула невидимую верёвку через холку Фунтика и, съехав вниз, закачалась у маназмея под брюхом, сжимая в обеих руках концы силового заклинания.
И вовремя: в тот же миг магнитные доспехи вновь зазвенели — выстрелы на этот раз угодили в цель! Маназмею они повредить не могли, магнитным доспехам — тем более. А в раскачивающихся сосисками нас ты ещё попади попробуй!
Плохо только, что при отсутствии прямого контакта со змеем управление значительно затруднялось. Ещё и силовые чары так и норовили из пальцев выскользнуть.
Каспер пританцовывал задними лапами на моей макушке, то и дело сползая на плечо и обдирая щёку когтями, передними же тоже пытался удержаться за скользкие края невидимой верёвки!
Добавить сюда непрекращающийся, а, пожалуй что, набирающий обороты обстрел, и станет понятно, почему скорость маназмея существенно снизилась. И всё же с каждой секундой мы удалялись от неведомых стрелков всё дальше…
Нервозность котецкого сыграла на руку.
— О нет, Ритка! — простонал Каспер.
— Что там ещё?! — прорычала я. — Только не говори, что они за нами бегут!
— Не скажу, конечно, раз нельзя! — в тон мне ответил британец. — Потому что они летят!
— Что-о-о?!!
